Арсений омега вот уже долгие годы. Он не помнит, в какой момент своей жизни перестал быть альфой — когда впервые познакомился с Антоном? Или когда дело дошло до постели с ним? В любом случае, это не имеет значения — им вдвоём комфортно в тех положениях, что они сейчас занимают. Учитывая то, какой он мокрый, и то, как медленно встаёт его член, кажется, будто он и не был никогда альфой.

Скажи ему это какой-нибудь другой доктор — он бы отказался, сославшись на то, что это неприятно, больно, противоестественно. Но в ту же секунду, как Антон слышит эти слова от Арсения Сергеевича, к паху приливает жар такой силы, что темнеет в глазах.

Потому что Серёжа совершенно точно был фриком. Он рыгал на стриме, никого не стесняясь, пердел в открытую, пел песни своим ужасным голосом, запросто кричал, пугая всех в дискорде, ради веселья банил своих модеров в чате и просто вёл себя как долбаёб. Ваня, честно сказать, был полностью им очарован.

Дори не становится лучше. Кот всё ещё пребывает в странном апатичном настроении, каждый раз вяло помахивая хвостиком, когда Суни и Дуни трутся у его лежанки. Минхо долго взвешивает все «за» и «против», прежде чем уложить не сопротивляющегося кота в корзинку с мягким одеялом и отправиться к практически нежилому району Равнины, туда, где начинается густой тёмный лес. Туда, куда он хотел идти меньше всего на свете. [АU, в которой у Джисона навык к целительству и сомнительная репутация]

В этот раз член встаёт медленнее, но это не исключает того факта, что Вова, похоже, хочет сосать хуи. И это проблема. Потому что Вова не гей, у него были девушки - он даже с проституткой спал. Но вся эта логически выстроенная цепочка идёт нахуй, когда утром он просыпается в мокрых трусах оттого, что во сне его ебали в рот и в задницу.