– Я не твой подчиненный и не кипа банковских бумаг, Панталоне. – Дотторе подходит к нему вплотную, так, что их носы едва ли не соприкасаются. – Не одергивай меня. И ответь кто она. И сколько же ей пришлось заплатить, чтобы купить твое внимание?

– Если я пересплю с кем-то из твоих клонов, то это будет считаться за измену?

– Я трахну тебя у твоего излюбленного зеркала, – Хайтам скрещивает руки на груди и подпирает плечом дверной косяк на входе в ванную. Кавех моргает смущенно, бросая взгляд на холодную зеркальную гладь, а после переводит его обратно на секретаря. И снова. Загрузка мозга. Ничего, Аль-Хайтам подождет. Обратный отсчет от трех до нуля, и Кави густо заливается краской, сглатывая на удивление шумно.

Тарталью всегда привлекали три вещи: сила, превосходящая его собственную; вода, ценность коей он познал еще в детстве, в Бездне и, это он осознал не так давно, драконы. И Нëвиллетт – дракон. Могущественный гидро дракон.

Чтож... Аль-Хайтама можно поздравить. Он невозможен настолько, что сломал биологию. И остается гадать, знак это свыше, что Кави настолько не выносят, что даже цветы, рожденные чувствами, со свету готовы его сжить, или что-то еще.