Не замечая за собой руки обняли плечи, и Готи сам сделал второй шаг на встречу. Не оттолкнул, как с приглашением на танец, а обнял и почувствовал долгожданный покой и облегчение. Так тепло ему больше не будет ни с кем и никогда. Он понимал, что теряет эту последнюю надежду, свой настоящий дом. Скэриэл закрыл двери в этот дом своими объятиями, сохраняя их единение на тщетные мгновения.

Ладонь скользнула по скуле и убрала прядь светлых волос с пылающего лица. -Что же тебе снится, Готи?- еле шепча, промолвил Скэриэл в открытые губы. И без доли раздумий коснулся его уст. В своих грезах Готье уловил пыл настоящего поцелуя. Мгновение ощущалось как нечто тёплое, приятное, будоражащее душу. Словно ветер вдруг принёс знакомый запах свежести, нарушивший покой в самой сути мироздания.

Изучив описание обмундирования, текст перетек в кульминационный момент. Бросок! Готье наступает на оппонента и резко набрасывается, попутно уворачиваясь от лезвия клинка. Звон метала об метал и … И в комнату врывается буйный поток ветра, а за ним приглушенное ругательство.

На ночь Макс пьёт воду. Много воды. Кажется, что в этом ничего такого нет. Выпить воды перед сном, чтобы не просыпаться с сухостью во рту в три часа ночи — вполне обычная вещь. Но это для обычных псов так. Макс же пьет совсем не с такой невинной целью. Он вливает в себя около полутора литров воды из большой бутылки. Не сразу, пьет медленно, концентрируясь на ощущении, как приятно прохладная жидкость заполняет желудок. Ухмыляется сам себе, чуть прикрывает веки, а глаза его сверкают

Бредли любовался обворожительной красотой природы и вдыхал осень полной грудью. В парке дышалось особенно легко. Кислород насыщал его легкие и забирал все недуги с теплым ветром. Слух улавливал пение птиц и детский смех из отдаленных уголков. Слезы сами непроизвольно потекли из усталых глаз. А Макс был рядом, чтобы убаюкать дождливую осень в душе Бредли своими майскими нотками любви.