Сколько себя помнил Катсуки Бакуго, столько на его предплечье, практически у самого локтевого сгиба, были слова, будто выведенные зелеными чернилами. Ночами они слабо светились, порой неприятно зудели и опухали по контуру, неизменно привлекали к себе внимание множеством завитушек. Бакуго эти слова казались нечто сокровенным, интимным - тайной, которую хотелось скрыть ото всех.

В выпускном классе Мидория теряет память из-за причуды злодея и заново знакомится со своими одноклассниками. В 20 раз уверенней в себе, он не собирается мириться с выходками Бакуго и даёт отпор, когда тот пытается на него надавить. И Бакуго это нравится.

Я смотрю на тебя, ты глядишь на меня. Искра. Буря! Две полоски?! Что? Когда? Почему? Нет! На эти вопросы я совершенно точно знаю ответ. Что волнует меня больше всего, это то как отреагирует на эту новость Каччан... Как отреагирует?! Да он просто убьёт меня!

Соулмейт может слышать твоё пение. Так что же ты сделаешь, чтобы найти его? И захочет ли соулмейт пойти на встречу?

– Прошу, не уходи больше… Изуку… • • • Или история о том, как Деку вернулся домой.

- Слушай, Мидория,- с каким-то азартом произнёс Денки.- у меня есть идея! - Что? О чем ты?- удивлённо спросил Мидория. Ему определенно не нравился взгляд друга. - Иди сюда,- Каминари наклонился к уху веснушчатого.

Блондин положив маску на подоконник, подошёл к Мидории и обнял его. - Кач-чан, твои руки!- смеясь, Изуку обнял возлюбленного. - Плевать...- целуя веснушчатого, процедил "взрывной" парень.

Это была их первая крупная ссора. — Не трогай меня! — хрипло прокричал Изуку, и из его и так красных от слёз глаз, полились новым потоком слёзы. А всё так хорошо начиналось.

У него был привычка задевать Деку колким словцом, но за слезы Мидории мир всегда получал сполна.

- Я сделаю всё категорично наоборот твоим просьбам, ДерьмоДеку! - О, тогда не вздумай нести за меня эти учебники! Каччан поспешно схватил стопку книг и потащил в сторону учительской, с усмешкой покосившись на Мидорию. - Все категорично наоборот, ты понимаешь, что это значит?

Шото думал, что это невероятно. Не то, чтобы он никогда не подозревал что-то такое, Мидория и Бакуго порой обменивались такими взглядами, что он замирал, теряясь в подозрениях и вопросах. Однако он никогда (вообще никогда) не приходил к выводу, что их действительно связывают такие отношения, это походило на безумие. С первого взгляда. Со второго, это оказалось не так уж и безумно.

– Кач-чан, отстань, – смущённо пропищал Изуку, старательно пряча за ладонями покрасневшее лицо и всяко изворачиваясь, лишь бы не видеть довольную ухмылку Бакуго, который бесцеремонно докапывался до сплошного комка нервов.

Это Тодороки~ах и Мидория~ах ролят

Просто прочтите милый фик по любимому перейнгу

- Так ты гей? – уже спокойнее уточнила мать. - Да, - раздражённо признался Кацуки. - Ну, слава богу! Я уже боялась, что вырастила идиота, - совсем успокоилась Мицуки.

— Тема разговора слегка деликатная. Ежели нам объединить наши силы, то мы вполне можем выйти из этой войны победителями, но я не уверен, что по одиночке мы сможем хотя бы их поранить. — Если вы о свадьбе наших отпрысков, то я не знаю, что о нас подумают люди. У нас же сыновья.

Бакуго реально, на самом деле переехал к Деку. Они живут вместе. Боже мой, они живут вместе. -- В котором страховые счета Бакуго растут с каждым взрывом его причуды, а у Изуку находится лишняя спальня и целый вагон терпения.

Ночь. На заднем дворе общежития UA на полную громкость включена музыка в колонках, а рядом стоит Бакугоу. Из окно общежития UA выглядывали несколько студентов, находящиеся в первой степени ахуя.

Широкая спина, вся покрытая шрамами, тяжело вздымалась. Деку что-то говорит, тяжело вздыхает, делает долгие паузы. Но молодой человек с глазами, словно рубины уже ничего не слышит, ничего не понимает, ничто не интересует его, кроме шрамов на широкой спине. *** Полтора года назад Мидория уехал в США, а Бакугоу открылись новые чувства по отношению к Изуку. И вот Мидория возвращается, но совсем иным человеком...

– Я хочу встречаться с Мидорией, – заявляет Тодороки, когда садится на стул для посетителей перед столом Бакуго после того, как без стука заходит в его кабинет.