Идя по глухим коридорам пустого замка, Шен размышлял только о том, что не так сделал в своей прошлой жизни, мог ли он всё исправить? Действительно ли люди, окружавшие его, настолько ненавидят его, или же он и вправду лишь дикий загнанный зверек? В голове же звучала лишь давно заученная фраза старейшины Рэна: — Достойный человек давно отдал бы свою жизнь, запечатывая глубинную тьму…

Шен только улыбался криво. Ничего удивительного в том, что судьба так над ним посмеялась. Дала, наконец, познакомиться с родственной душой — закинув в мир, где родственных душ не бывает.

— Проснись, — вкрадчиво шепчет кто-то искажённым голосом Аннис. *** — Шен, — умоляет мечник, отрывая его дрожащие руки от шеи.

Сомнения, что возникают поздней ночью, зачастую вздорны.

Сил на мыслесвязь не остается, поэтому Шен шепчет, надеясь, что его всё-таки услышат.

«... Муан хищно сощурился и, за неимением другого способа дать выход раздражению, принялся снова грызть ручку. Никогда. Никогда раньше у него не было такой ужасной привычки. Никто. Никто ещё не доводил его до полного исступления, с такой ласковой беспощадностью находя самое больное место. Такой человек мог быть только один, и прямо сейчас он сидел за соседним столом, радостно щебеча с новым стажёром...»

В те моменты, когда старейшина Проклятого пика начинал путаться в собственных мыслях, а впоследствии и словах, Гай лишь терпеливо ждал и бережно гладил подушечками пальцев ладонь заклинателя, вычерчивая незамысловатые узоры. Шен тогда благодарно смотрел в ответ, а затем продолжал дальше избавляться от тяжести тревог и страхов.

Шен перестал чувствовать. Вообще всё. И даже любовь Муана. Внутри будто дыра. Только одно они ещё не пробовали... Физическую боль.

А потом вдруг Муан понял. Он понял, что не видит ни дня своей будущей жизни без этого человека. Он понял, что хочет проводить каждое утро, каждый день, вечер, не важно как, главное с кем.

Никто и никогда не прикасался к Каю подобным образом. Никто не мог ни подарить ласки его рукам, ни облегчить боль после тренировок, когда он ещё был человеком, – и перед лицом настолько обыкновенных вещей, доступных каждому, вся его самоуверенность и бравада оказалась бессильна, – он просто не был готов. /гладим кинки и смущаем демона/

Попытки Хаски покорить недоступного Эриаса в Асдэме и что из этого вышло.

Зарисовка о том, как Эриас провёл один из вечеров в гостях у Хаски.

— Владыка Луны знает, что означает этот цветок? — Протянул бессмертный, на что Люциан кивнул. — Но ведь изначально тебе подарил его не я.