Когда Джисона поселили в комнату к Минхо, Ли был рад, заметив вполне нормального и адекватного парня, но он даже и предположить не мог, что этот нормальный и адекватный парень каждую ночь будет стонать во сне.

Когда остальные студенты покидают помещение, Хан, не теряя времени, усаживается на парту. Прямо перед столом Минхо. Тот закрывает дверь на ключ и возвращается на место. — Чего Вы добиваетесь, Джисон? — звучит с уставшим вздохом. — Вас. Оргазма. Вашего члена.

Джи так сильно мечтает о том, как будет метаться от оргазма в сильных мужских руках. Представляет, как коленки будут дрожать, пока его будут втрахивать в кровать. Но нет же, надо было всё испортить!

Он всегда был бесстыдным, и желание спасти свою репутацию обернулось полным провалом, ведь первое, что пришло на ум, было: — У меня ужасно сильно встал на вас, Хан-щи. Поэтому мне необходимо выйти, — шёпотом сказал он на ухо классному руководителю своего сына.

Джисон снова завалил тест по математике и Минхо, его парень, настроен серьёзно с ним поговорить, убеждая, что тому стоит начать учиться. Но весь разговор заканчивается жарким сексом, а сам Хан, кажется, так и не понял важность математики в его жизни.

Сидеть на паре программирования тяжело. Сложно читать и понимать компьютерные коды, сложно думать, когда стояк давит на ткань джинсов, сложно улавливать слова преподавателя, когда прямо на простату давит анальная пробка, сложно не застонать на всю аудиторию, когда сам же преподаватель контролирует вибрацию на игрушке. Сложно...

Что будет, если застать своего соседа по комнате за самоудовлетворением?

Интересно, это действительно сработает? — про себя думал Феликс, кидая виагру в кружку с чаем, приготовленный для Хенджина.

— Почему.. — голос задрожал, — ты без верха? — Сегодня жарко. — уверенно произнес Хван. — Я тебя смущаю? — Н-нет. — Феликс заикнулся, ведь за окном февраль, а в помещении включён кондиционер.

— Сначала бесстыдно трахаешься прямо возле окна, зная, что любой прохожий может случайно заглянуть и увидеть тебя. Голого, возбужденного, такого уязвимого, тебе нравится мысль, что тебя могут спалить, да? —Хан сглатывает накопившуюся слюну и чувствует, как собственный член дёргается от этих слов, упираясь в ткань шорт, — потом я нахожу эти игрушки у тебя в тумбочке. Ты хотел, чтобы я их увидел? Хотел, чтобы хён узнал, что Хани на самом деле не такой невинный, каким кажется в университете?

Джисону приходится вызвать сантехника. Ебать какого горячего сантехника.

Сосед Ли постоянно ходит по квартире в одной лишь тонкой футболке и в грёбанных кружевных стрингах. В один момент Минхо не сдерживается.

феликс трусит, феликс трясётся весь, как осиновый лист, потому что у него краш на хёнджина уже второй год, но они ведь лучшие друзья и всё такое. у джина в послужном списке исключительно девушки с выбеленными личиками и аккуратно подведёнными глазами, округлостями в нужных местах, и никаким веснушчатым недоразумениям там места нет.

Хёнджин говорит, что Минхо и влюбился — вещи не совместимые, но Минхо бы поспорил, учитывая то, какими глазами он смотрит на новенького преподавателя по праву.

«Как же пиздецки сильно я хочу, чтобы ты меня взял», — совершенно случайно отправляет Джисон сообщение самому популярному парню университета.

И кто бы мог подумать, что тихие, спокойные и скромные в дневное время суток соседи могут так громко, долго и беспрерывно трахаться ночами.

— Извини, я больше по кошкам. — М-мяу?

Что может быть хуже, чем играть в одной команде по волейболу с человеком, который тебя на дух не переносит? Джисон с лёгкостью ответит на этот вопрос, ведь хуже могут быть только чувства к нему.

— Ты же знаешь, мне тебя всегда мало, — Джисон приоткрыл глаза и облизал губы Минхо, сладко причмокивая. — Судя по всему, тебе тоже меня мало. Все ещё хочешь съездить в Японию за своим любимым пудингом? Минхо закатил глаза и хохотнул, кладя голову ему на грудь. — У меня уже есть любимый пудинг дома.

На одну из тренировок Джисон приходит с чёрными ногтями, а Минхо во время разминки в шутку просит помочь с растяжкой. — Растянешь меня, Джисон? — Вечером, детка.