Технически, во всём виноват Дазай. Чуя уверен, что ничего из этого бы не случилось, не будь Осаму самим собой. Точнее, не будь собой любая из его версий.

Университет AU, где Чуя узнаёт, что мальчик, с которым он по пьяни целовался в ночь посвящения в студенты, — его новый сосед по комнате. Его высокомерный, самодовольный, очень натуральный сосед по комнате. И каждый из парней убеждён, что другой пытается разрушить их жизнь, заставляя сходить с ума.

Обитатель последней палаты никогда не появлялся в коридоре. Дазаю казалось, что там точно спрятан чей-то труп, раз туда никого не пускают. Любопытство грызло с неимоверной силой, просто мозги выедало каждую ночь, хотелось выбить дверь в ту чёртову палату с ноги и посмотреть, что там за Нарния такая. Но... Всё случилось в один момент, когда парень вернулся с терапии раньше всех остальных.

Все начиналось с простого пари.

Чуя не жаловался на жизнь. Чуя сжимал кулаки, хрустел зубами и бил так, чтобы больше никто не посмел приблизиться. Дазай давно перестал жаловаться. Дазай закатывал глаза, усмехался и даже не надеялся, что кто-то осмелится приблизиться.

— Извольте подвинуться, блять, уважаемый, — его тонкие и в порезах от бумаги бледные пальцы, покрасневшие на фалангах, сжимают сигарету и вынимают изо рта, а голос его хрипл и низок от многолетней пагубной привычки. — А не охуели ль Вы со своими запросами, милейший? На землю-матушку присядете — не обломитесь, — Гоголь усмехается, и по сравнению с голосом Фёдора его голос высокий и звонкий. Ему нравится дым — и чёрт с ним. Он убивал слова сначала, от него голова кругом, но Коля привык.

А хули я вам должна чет рассказывать? Фф вам на что? Ну поебуться они. Не скажу ни чо больше.

Доминант ли?

От Гоголя несло дешевым вином и явной ложью, от которой парню почти всегда становилось тошно. Но он молчал. Ведь через обзор несказанных слов все, как ни крути, смотрелось криво.

Гоголь думает, что знает как правильно действовать на нервы Достоевскому, чтобы получить желаемое, но он не знает, что это никогда не работает по его плану.

Этого студента с филологического факультета и третьего этажа общежития по совместительству побаивались и студенты, и даже преподаватели, стараясь лишний раз ни о чём не спрашивать и обходить стороной. О нём ходили такие жуткие легенды! Что, мол, его кожа настолько холодна, что руки для согреву он опускает в кипяток... С ним свободно общалась лишь интеллигентная староста группы, два его товарища-соседа по комнате и новенький студент по обмену со странной кличкой Сигма, у которого не было выбора.

AU, где Федя с Колей учатся в одном институте. Ровесники, но на разных курсах. Фёдор-филолог с проблемами. Коля-вечно весёлый театрал. События, происходящие в жизни, заставляют их сближаться.

Даже они нашли сырость Питера восхитительной.

Существует ли бог? Каждый ответит по-своему: кто-то считает, что бог – всевышнее существо, которое даровало всем жизнь, а кто-то же, что это не более, чем обычная сказка и тот, кто верит в бога – просто очень суеверный человек, живущий по старым обычаям.

Засмотревшись на симпатичного блондина, который так сексуально подметал во дворе стоянку, Фёдор споткнулся об собственные ноги, упал, разбил в кровь подбородок и… влюбился без памяти!

Рядом с тобой жизнь становится немного легче.

— Не выделывайся, — шутливо отозвался Николай и еще более соблазнительно растянулся на столе, провокационно прогибаясь в пояснице. — Съешь лучше блинчик.

— Если ты считаешь, что Бога нет, я буду играть роль твоего Бога.