Когда я была подростком пределом моих мечтаний было убежать в книги и почувствовать себя героиней любовного романа. Судьба услышала меня и решила сыграть со мной злую штуку. Из модельного бизнеса меня втягивают в кино, вынуждая играть любовь с тем парнем, которого я не переношу на дух. Меня зовут Дивия Шарма и я – великая притворщица.

Эва навела на лекаря морок, приворожила, утопила в реке неконтролируемых чувств. Преобразилась в богиню Афродиту во плоти или же Хатор — то было неважно — да затуманила разум любовным наваждением.

Это всего лишь фантазии, возможно, даже сны, но как же они притягательны. [сборник зарисовок, алфавитов и реакций]

Как не сойти с ума, встретив свою любовь, спустя три года после того, как ее похоронил... Или, для начала, как поверить в то, что перед тобой стоит именно она, а не какое-нибудь адское отродье.

« Сейчас всё моё, честно и полностью принадлежавшее мне – теперь стало принадлежать Каину – ангелу, которому хотелось «продасться» обсмеивая все каноны, о которых миру было известно. »

Другой конец нити, которую дьявол привязал к моим крыльям, он прикрепил к твоей ножке.

Мотив, напоминающий летний вечер во время грозы, пронзал мои забытые воспоминания. Тот звук, который я так любила в давнем прошлом, заставил моё тело проецировать своё неравнодушие. Ангел с облачно-белыми крыльями и того же цвета волосами искусно владел клавишами пианино. Как и когда-то мной.

Лэйн читает молитву в церкви, чтобы унять напряжение из-за происходящего в Роткове. Ей мешает Каин, который предлагает другой способ для борьбы с тревогой. Когда они уединяются, в церковь приходят Анна с Дмитрием и практически ловят их с поличным.

Каин вновь исчез в самый неподходящий момент, и Лэйн понимает, что это ничего не значит — она не должна позволять себе такую жестокую слабость, как доверие. Но ей очень хочется верить ему. Даже если это будет стоить им обоим слишком дорого.

Он так шепчет её имя...

Они были лучшими друзьями или даже чем-то большим — самыми близкими людьми, которые полностью друг другу доверяют и которые знают друг друга лучше, чем кто-либо.

Эвтида – перевоплощение Богини рождения и смерти. Высшие силы дали ей шанс, чтобы она отомстила Верховному эпистату за свою смерть.

Их объединяет только война?

Нулевые. Колледж: братства, сестринства, кружки и прочие клубы по интересам, ради которых студенты объединяются вместе. Ну куда более важно выйти из одного из таких клубов, с говорящим названием «Клуб девственников».

- Только сильная личность признает свои слабости, леди. А я, как и полагается наследнику империи, сильный. И вы - моя слабость. - в этот момент последний крючок оглушительно щелкает, и невесомая ткань, шелестя, падает к ее ногам.

В гареме императора тишина обманчива, а каждая улыбка скрывает интригу. Маомао — всего лишь травница, стремящаяся оставаться в тени, но ее путь пересекается с тем, кто должен быть недосягаем. Джинши, младший брат императора, красив, опасен и одержим ею. Он способен подарить ей все, но Маомао хочет только одного — свободы. Чем глубже она запутывается в его чувствах, тем сложнее ей сохранять хладнокровие. Любовь — яд, а Джинши, кажется, готов отравиться. Но что, если именно это станет их гибелью?

Он всегда находил убедительный повод придраться к чему-нибудь несущественному, но я быстро поняла, в чём дело. В его ревности. Безраздельной жажде обладания мной. А ещё я поняла, что мне это нравится. Очень.

Брюнет улавливает сладкий аромат Dior, чувствует зарывающиеся в кудри пальцы, царапающие кожу ноготки. Тело реагирует на лёгкую боль с двойной силой. И сердце колотится уже не в груди — отдаёт барабанной дробью в ушах, в висках, в кончиках пальцев. Ладонь сама собой ложится на тонкую талию, ведёт линию вдоль живота, проверяя натяжение ткани. А в голове лишь мысли о том, как ему хочется. Как она ему позволяет. Как он может.

Тай и Ша'арнез лежат рядом на атласной простыни... Оба абсолютно наги и возбуждены. Оба ждут ее. Темная и светлая кожа, светлые и темные волосы... Такие разные.

Тисс глубоко вдохнула и толкнула дверь. В комнате приятно пахло травами и различными маслами. Недалеко от окна стояла большая ванна, в которой и расположился Тай. Действительно, полностью обнажённым видно его не было, лишь руки, плечи и грудь, но и этого оказалось достаточно, чтобы у Тисс перехватило дыхание, чтобы она невольно сглотнула подступивший к горлу комок, чтобы прикрыла глаза и постаралась отвлечься на что угодно.