— И мне просто так за красивые глаза денег дадут? — Чонгук скептически приподнимает бровь. — Да, — уверенно говорит Чимин. — Сахарные папочки любят выходить в свет со своими детками. Но для того, чтобы тебе этой сахарной деткой стать, нужно попасть туда, где все эти мужики богатые собираются… Чонгук издает еще один обреченный вздох. «Детки» и «папочки» — это ровно тот кринжовый набор слов, от которого его мутит. ИЛИ У Чонгука нет денег, чтобы заплатить за учебу.

У него перед глазами война, смерть, пули и назойливый волонтёр, который всей душой желает вытащить капитана из посттравматического стрессового расстройства.

Что нужно сделать, чтобы завоевать любовь? Принять себя, свои чувства и любовь к лучшему другу? Как знать наверняка всё наперёд и не совершать ошибок? Что нужно сделать, чтобы вернуть то, что потерял? Дать понять, что тебе можно верить? Убедить в искренности и правильности, чтобы больше никогда не отпускать? Как перестать быть слепым и открыто заявить, что любишь?

Насколько легко вы отпускаете любимых? Или же они так и остаются маленькой частицей вашей души, изредка напоминая о себе - мимолётным ароматом, звучанием давно забытой мелодии, сладким послевкусием ностальгии? А готовы ли вы признаться хотя бы самим себе, что не отпустите никогда, продолжая украдкой тосковать по ушедшему счастью? Что если оно внезапно вернётся в вашу жизнь, но уже не таким прекрасным....

Лучшие друзья уже несколько лет почти никогда не покидали друг друга. Они многое пережили за десять лет дружбы: и радости, и болезни, и уход Чонгука в армию, и совместный переезд на островной город Кодже, и даже то, что у Тэхена есть маленькая особенность. Омега называет это ущербностью, Чонгук же - уникальностью, и он добьется того, чтобы его лучший друг влюбился в нее так же, как сам альфа влюбился в него. Они оба научатся слышать без слов.

— О, Чонгук, а ты знал, что наш новенький фотограф, оказывается, пидор? Мне его бывший одноклассник поведал занимательную историю про эту маленькую блядь, — и столько яда в голосе, что Ли бы самому сдохнуть. — Надо же… — осталось пережить только последнюю фразу и можно думать, как доучиваться последний год. Кто рискнул бы такой хорошей репутацией, как у Чонгука? Никто, ответ очень прост. Никто никогда не рисковал. — Сколько дрочил Тэхёну за школой, а понятия не имел, что он фотограф. Что?

Тэхён не мог так сразу. Он хотел попрощаться. Он хотел ещё хотя бы раз побыть любимым, почувствовать себя нужным и желанным, прежде чем всё уничтожить, сжечь за собой все мосты и разрушить все плотины, затопив к чёрту всё, что строили они эти девять месяцев.

Тэхёну — младшему принцу — балы, роскошь и жизнь по правилам. Его личному стражу — исполнение долга, без лишних касаний и разговоров. Между ними ничего быть не может. Разве иначе возможно? Для них возможно, в их любви нет запретов.

— Чонгук, ну Чонгук! — Нет, Юнги! Ни за что! — Ну пожалуйста, ты же мой брат и друг, а друзей и семью в беде не бросают! — Это не беда, это просто свидание! Нет, Юнги. Я вместо тебя никуда не пойду, особенно на свидание вслепую! — Вот же заладил, — пробубнил Юнги еле слышно. — Ну что тебе стоит провести вечер в приятной компании с интересным собеседником? Я взамен займусь для тебя поиском толкового помощника.