— Мне не нравится твоя майка, — наконец серьёзно говорит он. — Что? Почему? — Джисон явно забавляется, смеётся над ним, заставляя злость внутри закипать. — Я вижу твои соски. Или: Только он один не хотел поддаваться очарованию Джисона и не понимал, почему другие люди продолжают вестись на его глупый обман. Пусть ведутся, а Минхо продолжит, хмурясь, смирять его презрительным взглядом.

Ты давно влюблён в своего учителя, стечение обстоятельств помогает больше не оставаться в стороне, но что, если у него тоже к тебе что-то есть? Или au, в котором Джисон не очень "прилежный" ученик, а Минхо просто устал терпеть.

Хан Джисон - учитель литературы, Ли Минхо - учитель математики. И вот, эти совершенно разные две личности встретились в одном учительском составе, поняв, что подходят к друг другу, как никогда. Служебный роман?

Определённо, Джисон умело пользовался своим умением прикидываться овечкой, а потом показывать всю безжалостность волка через пошлые разговоры, но Минхо, ради которого Джи специально попадал в полицейский участок, пользовался своей харизмой и сладким голосом ещё умелей: он до чёртиков возбуждал Сона, который каждый раз на это вёлся. Всё это заканчивалось обворожительным сексом. И обоих это устраивало.

– Так, тебе же нужно дать имя. Как тебя назвать? Рыжий? Листок? Бревно? – хвост недовольно ударился об коленку, заставляя Джисона засмеялся. – Я пошутил, чего ты. Хм… Давай я назову тебя… Ноу. Вы же, коты, знаете больше людей. Вот и ты будешь знающим. Кот мяукнул. Рука Хана легко скользила по изгибу спины сидящего на его ногах животного. – Мяноу? Звучит странно, но ладно. Давай оставим. Мяноу, так Мяноу. Тебе понравился ужин, Мяноу?

Что делать, когда очень сильно любишь? Можно радовать, заботиться, помогать и оберегать. И это правильно, ведь ты хочешь, чтобы твой любимый был счастлив. Но что делать, если тебе самому нужна помощь, а твоей второй половинке нужно срочно уехать на важную встречу? И что делать, если помощь нужна, потому что вот-вот начнётся течка?

— Тебе нравится Красный бархат только из-за его цвета? – полюбопытничал Минхо. — Нет, не только. Один его разрез заставляет меня хотеть его съесть, а плотноватое и одновременно мягкое кексовое тесто так и тает во рту. Не сомневаюсь, если на вкус ты такой же.

Минхо и Джисон встретились в клубе. Их познакомили общие друзья, но как обернётся отрицание чувств одного и признания в любви другого?

— Здравствуйте, вы, скорее всего, этажом ошиблись, студенческие экскурсии на десятом проводят, а это тридцатый. — Вы не так поняли, — Джисон отрицательно мотает головой, поправляя на плече рюкзак. — Я пришёл на собеседование на должность ассистента.

Джисон почувствовал себя странно, стоило ему услышать стоны за дверью своего соседа. Но более странно он почувствовал себя лишь тогда, когда ему удалось увидеть жилистые руки Минхо через микрощель и услышать собственное имя из его уст. — И долго ты ещё будешь там стоять? — прозвучал голос, как гром среди ясного неба. И Джисон понял, что он попал.

Минхо лишь хотел разбавить атмосферу и поиграть с этим пареньком. Кто же знал, что он возбудится от щекотки.

В биографии: “han jisung, 17”. Фотографий в профиле было не много: фото в зеркале, где видно его лишь от пояса до стоп, те же разодранные джинсы, но уже с цепями на поясе; следующая, где он почти развернувшись лицом от камеры, в тонкой, еле прикрывающей его худобу, майке-безрукавке выдыхает дым от juul’а в руке; некоторые фото открывают вид на прекрасные закаты с крыши многоэтажек, заброшенные здания, граффити на стенах полуразрушенных домов.

Джисон влюблён в Минхо, но он, кажется, этого не замечает. Хёнджин спорит с Минхо и выигрывает, а желанием является то, что бы старший позвал Хана на свидание. Но что-то идёт не так и Джисон уходит. Тогда Минхо хочет извиниться и зовёт Джисона на настоящее свидание.

Как он сумеет пережить этот семестр и закрыть сессию, если одним из преподавателей является настолько очаровательный Ли Минхо? Как он сможет здраво мыслить на его лекциях и вникать в мир литературных произведений, если глаза желают смотреть не на пожелтевшие страницы книг, а в карее море, скрытое за прозрачными стеклышками очков, и ловить эту ухмылку, дающую понять, что профессор знает и видит, что на него смотрят? Что Джисон на него смотрит.

— Феликс, я случайно переспал с твоим братом... — говорит Джисон. — Ты еблан? У меня нет братьев, — усмехается Феликс. — А с кем я тогда переспал? — Джи прикрывает рот рукой. Если братьев нет, то это может быть только... — ОТЕЦ ТВОЙ ЧТО ЛИ?!

— Мне не о чем с вами говорить, учитель Ли. Меня интересует лишь один вопрос: почему вы здесь, а не в своей Германии? Но можете на него даже не отвечать. — Ты повзрослел и изменился немного, но мои любимые щёчки всё-таки остались. — Вы мне мешаете. AU, где Джисон работает в школе учителем английского, и в его коллектив пришёл новый учитель математики, а он оказался бывшим парнем Хана, от чувств к которому он избавлялся на протяжении нескольких лет.

- мне нравится эта песня, - сказал ли, включая «The Beach» The Neighborhood. - тогда я поставлю её на звонок! - воскликнул хан. - хорошо, но если ты поменяешь её, то это означает, что ты разлюбил меня. *** даже спустя два года, как они расстались, минхо снова слышит «The Beach» на звонке у джисона. сердце дрожит.

— Итак, зачем тебе бокс? – спросил Минхо и сложил руки перед грудью. — Я… хотел бы научиться. — Просто так? Без единой причины? – глаза Минхо сузились. — Ну… эм… – в голове зазвучала сирена. — Я думаю, было бы здорово лежать под твоим накачанным телом и смотреть тебе в глаза? – пролепетал Джисон первое, что пришло в голову, сразив словесным торнадо Минхо наповал. — Что? — Что?

Минхо ощущал каждой клеточкой своего тела, что под ним сокрыт целый зверь. Когда он освобождался от цепей и выходил на охоту – он рвал зубами человеческую плоть, потроша ее на куски. Ему не страшна ни кровь, ни крики, ни боль. Он этим питался. Он этим жил. И Минхо думал, что всякий входящий в больничное крыло будет остерегаться его клетки, однако что-то явно пошло не так, когда однажды новый лечащий врач с теплотой в голосе начал называть его просто-ласково – Котёнком.

Хан Джисон никогда не был обычным омегой. И кому как не его истинному знать об этом, верно?