Он позволяет своим фантазиям существовать под покровом ночи; позволяет себе поверить, что водоворот эмоций в расширенных зрачках Минхо – это ласка, а не похоть, что любящие поглаживания по животу предназначены для Сынмина, а не для еще одного теплого тела, принимающего Минхо. Впрочем, с восходом солнца его рациональность всегда возвращается обратно. (Или Минхо – это бушующий огонь, а Сынмин – мотылек, готовый сжечь свои крылья за отражение его света.)

Джисону больше всего на свете хочется притянуть Минхо к себе, сжать в своих объятьях, умолять целовать его на каждом гребаном концерте, целовать его вместо них, если их уволят за такое непотребство, целовать-целовать-целовать. Но он сдерживается.

Минхо зацелует его щёки. Джисон зацелует его бёдра. Они справятся. Наверное.

Джисон голодает. Не в смысле у него нет еды, вовсе нет — в холодильнике стоит суп, а Хёнджин притащил с подработки мясо, сверкая глазами и говоря о том, что они могут приготовить из него что-нибудь. Джисон голодает намеренно. Чтобы похудеть.

Минхо чинит человеческие сердца — буквально. Он успешный кардиохирург в не самой успешной клинике. На практике ему встречалось многое, вот очень многое, но чтобы попадать в больницу при каждом удобном случае и так жадно облизывать его взглядом — это нонсенс. Терпеть к себе такое отношение очень скоро становится невозможным.

Джисон плакал, оставляя на домашней футболке Минхо свои слезы, а в душе пожирающую все червоточину сомнений, стоило ли оно того. Одно время Минхо казалось, что определенно стоило. Когда им разрешили жить вместе. Обниматься больше. Касаться друг друга так, как нельзя было до этого. Любоваться открыто, – это Минхо в нарушение всех правил делал уже давно, – и искать компании друг друга не делая вид, что это вроде как случайность. И когда ему впервые разрешили Джисона на камеру поцеловать.

У Джисона скучная жизнь, комплексы и привычки, что мешают ему решиться сказать "да" Минхо.

Сынмин целует неуверенно, будто боится. Хёнджин чувствует привкус персиков и говорит себе, что по этой, и только по этой причине он притягивает его ближе и углубляет поцелуй, а затем младший издает тихий, хриплый стон, и реальность ударяет под дых. Они резко отстраняются друг от друга. – Прости. Не стоило мне этого делать.