Темный Лорд пал. Плохие наказаны, ловкие вышли сухими из воды, хорошие могут отдыхать. Но один крестраж не был уничтожен. Малфой спас диадему от огня, и никто не знает, где она. Зато известно где Драко — отбывает ссылку в немагическом мире. В обычной квартире, с двумя другими Пожирателями смерти. И им предстоит как-то прожить этот бесконечный год. А Гермионе снова предстоит спасти мир и уничтожить последний крестраж. Спасёт, сломает или победит — кто кого?

Он фигура - конь или слон, а кто же на этой шахматной доске Драко Малфоя она? К чему вопросы, если ответ известен заранее, просто его не хочется произносить вслух? И всё же — пешка, как и все они. Когда он успел стать таким властным и жестоким, когда изменился? Быть может, всех их тоже изменит эта новая, такая страшная и не менее опасная война?

Когда от усталости хочется содрать с себя шкуру, приходит спасение. В ненависти и ярости. В хронической злобе. В возвращающейся боли. И осознании: любое спасение временно.

Седьмой курс, Драко Малфою предстоит решить для себя вопрос: как завоевать сердце любимой, если она тебя ненавидит? Научить танцевать или подарить сказку? А, может, и то и другое?

Рядом с Гермионой Грейнджер Драко Малфой чувствовал себя жалким недоноском, не понимая, почему не заслуживает ее любви, да что там любви, взгляда. Гриффиндорка видела в нем лишь жестокого, мерзкого мальчишку. Он докажет ей, что она ошибалась, таким он стал сейчас - благодаря ей. Слизеринец найдет свою куклу, сломает, сделает все, чтобы его игрушка больше никому не досталась. Это его болезнь, помешательство – игра под названием "Наказать Грейнджер".

Две пролитые чашки кофе... Руны... И немного разговоров...

— Я сейчас заплачу, бедняжка Теодор Нотт. Скажи мне правду. — Драко сощурил глаза и с подозрением посмотрел на друга. — Ты запал на Золотую девочку? Взгляд Тео моментально стал ледяным и суровым. — Куда уж мне. Я бы не посмел, зная, кто мой главный конкурент.

- Вот здесь, - он ткнул пальцем в свою грудную клетку. - Почему так больно? Что сделать, чтобы не болело? - От этой боли ещё не придумали лекарство, Том.

Один опытный аврор vs один великолепный мерзавец. Фастберн, экшн и подпольный дуэльный клуб. Будет жарко.

Какой наиболее точный синоним слова «Престиж»? Деньги, титул, популярность? Возможно, для обычного человека что-то из этого и подойдет, но для него... для него правильный ответ — власть. И дело не в контроле над людьми, не в богатстве и титулах — дело в мести, в сладкой мести, ради которой он пойдет на все.

— Блять, Малфой. Если так хочешь, чтобы тебя кто-то встречал, то заведи себе собаку, ну или, — Забини на момент задумался и, слегка остыв, все же продолжил: — Хочешь ребенка, чтобы тебя встречал — усынови. Слышал, в магловском мире это довольно распространённая практика. Его друг почти вышел из комнаты, когда до Малфоя донесся его тихий голос: — Она бы это оценила.

Чёртов медведь лежал в столе уже ровно год; он присутствовал на собраниях авроров, принимал решения вместе с Гарри, поддерживал в минуты отчаяния и был превосходным молчаливым слушателем, когда Главный аврор изливал ему душу. Конечно, мишка большую часть времени находился в тесном ящике и на глаза другим не показывался. Медведь был единственной вещью, оставшейся Гарри от Драко Малфоя.

— Ты шутишь? — интересуется он у Поттера. — Вовсе нет, с этого дня твоим напарником в этом деле будет Гермиона! — отвечает спаситель магической Британии, широко улыбаясь. Созерцая потолок и размышляя о том, как быстро Гермиона Грейнджер кинет в него Аваду, когда он заявится на порог ее кабинета, парень приходит к неутешительной мысли, что жить ему осталось совсем недолго! * Серийные убийства, семь жертв, ни одного подозреваемого, никаких следов и полное отсутствие зацепок.

— Ты выглядишь немного взволнованной, Грейнджер. Кто бы мог подумать, что тебе нравятся мужчины постарше. Но должна признать, что даже я нахожу его очень привлекательным, — произносит Джинни, пытаясь сдержать ухмылку. — Он ведь руководитель нашего отдела, Джин. Я не собираюсь преступать границы дозволенного, — возражает Гермиона, закатывая глаза. — И к тому же я не единственная... огляди зал. — Но, вероятно, только ты действительно способна привлечь его внимание.

Он знает абсолютно всё, о чем она думает. Для Драко Малфоя - исследовать сознание его коллеги Гермионы Грейнджер стало рутинным занятием, приносящим ему особое удовольствие. Он считает себя искусным легилиментом и даже предположить не может, что объект его исследования может быть в курсе его грязного вмешательства в свою голову.

Одеяло ползло вниз, открывая ее подбородок, и шею, и грудь в кружевном лифчике. Он едва мог видеть ее в темноте, и поэтому придвинулся ближе, и, как и обещал, пристально глядя, стал исследовать еще и на ощупь. Он коснулся ее щеки и проследил линию упрямо сомкнутых губ, ключицу, кружевной край лифчика. Он придвинулся еще ближе, и уткнувшись ей в шею, какое-то время не шевелился. Тогда она стала гладить его по голове. Вторя ее медленным осторожным движениям, он целовал ее горло...

— Малфой? — робко, неуверенно. *** — Грейнджер? — тихо, почти нежно. В его голосе нет тех нахальных ноток, которые он до сих пор иногда применяет. Нет… Судьба свела их в одном месте, но лишь случайные события привели к их встрече. Они никогда не думали, что их жизнь сложится таким образом, но теперь они счастливы, что так произошло...

Однажды утром Гермиона просыпается, а все просто исчезли, словно их никогда и не было. Все, кроме неё и Малфоя. И пусть они противники, но в этом безмолвном одиночестве он - всё, что у неё есть. Но почему здесь остались только они? Куда пропали все остальные? И как им выбраться из этой ловушки? Гермиона и Драко одни в пустом замке. Но всё не так, как кажется. Вас ждут тайны и неожиданные повороты сюжета.

Драко Малфой ходил туда-сюда по своему поместью. Он просто не мог поверить, что будет телохранителем Министра магии Гермионы Грейнджер. Он - профессиональный аврор, который привык бороться с преступниками, должен заботиться о безопасности её величества, а еще жить в её доме и везде сопровождать.

Гермиона снова почувствовала странный звон в ушах. Она впервые увидит его со времен войны, когда он, изможденный и раненый, сидел за слизеринским столом в Большом Зале, сжимая руку матери. Она не думала искать его ни в коридорах, ни под белыми простынями, ни по дороге в Тайную комнату с Роном, но, по итогу, оказалась просто глупой девчонкой.