— Я был с тобой мил и нежен, мой милый Мучча, сейчас пришло время поиграть по взрослому, — шипит на ушко, по телу пробегают мурашки, когда горячие дыхание Аякса обжигает молочную кожу брюнета, — сам напросился.

Мало кто из предвестников знал о самом факте того, что у Скарамуччи были очень, очень длинные волосы. Он просто тщательно это скрывал.

— Оу, неужели Скарамучча-Чан устал? — сладко усмехается Тарталья, позволяя себе, без разрешения на то, провести ладонью в перчатке по чужой щеке, задевая уголок губ и глаза, заставляя другого Предвестника перед ним зажмурить его. — Заткнись, придурок!

Поле боя не подходящее место для оплакивания. Одиннадцатый аккуратно поднимает тело с земли. Осторожнячаяет, боясь разбить, сделать хуже. Уносит его, подальше от боли и опасности.

Тарталья собирается с мыслями, глухо рычит и бурчит, переводит взгляд на парня напротив и настойчиво говорит: — Притворись моей девушкой!

–Любишь же ты убегать от меня, а? –игривый голос тихий, чуть ли не у самого его уха. Скарамучча отшатывается, но руку из захвата не вырывает. Лишь отворачивает голову сильнее, смотрит в другую сторону. –Кто убегал? Не неси ерунду. –закатывает глаза, чувствует, как его пальцы легко сжимают.

Скарамуш кусается, а Тарталья смеëтся над этим – и ничего больше.

В преддверии новогодних праздников Царица поручает Предвестникам украсить дворец, однако двое из них загадочным образом пропадают.

—Аякс, вот ты где, я уж испугался...—Первые слова вырываются из уст Сказителя. Он тянется к Тарталье, чтобы прижать к себе, обнять, потрепать его шелковые волосы и поцеловать куда-то в уголок обкусанных губ. Аякс дёргается и разглядывает незнакомца ему. —Кто ты?

Дрочить по аудиозвонку на друга — норма в обществе?

-Какого чёрта, Тарталья?-Доносится из уст Скарамуччи. Его слова сразу раздались эхом на весь подъезд. Тарталья виновато смотрит на соседа. -Доброй ночи... Я уснуть не могу... хех...

Сейчас они стояли на балконе. Тарталья курил, глядя вдаль, на панельные многоэтажки, присыпанные снегом. Четыре утра. Клубы пара выходили из его рта и поднимались вверх очень легко и плавно. Внизу ещё горели фонари.

Если так подумать, то обычно парочки целуются и гуляют за ручки, ходят на свидания, смотрят вместе фильмы. Скарамучча был другим. Он брыкается и шипит, если пытаешься его обнять, фыркает на потные ладошки,если пытаешься взять его за руку, даже если у обоих они сухие, а о поцелуях и вообще говорить нечего. Аякс, честно говоря,пока даже не предпринимал попыток, побаиваясь негативной реакции своего парня.

Тарталья не против чьих-то рыданий — с Тоней и Тевкром и ни к такому привыкнешь; но юноша сжимает трясущегося Сказителя в своих руках, и в душе его закипает ненависть к причине этих слёз.

- Повторяю в сотый раз. Нет!- Крикнул Скарамуч. - Впервые слышу такой ответ....- Сказала работница ЗАГСА.