На новогодние праздники Бомгю решает уехать в Тэгу, вернуться в родительский дом. Ёнджун едет с ним, ибо не может выкинуть из головы тот смазанный поцелуй на последнем лайве.

Ёнджун, блять, не слепой. Ёнджун видит свежие синеватые отметины на бледных бёдрах, опоясывающие запястья гематомы и тускнеющий с каждым днём безжизненный взгляд Бомгю. А тот всё продолжает хранить молчание, лишь отмахиваясь: "Всё обоюдно, хён. Всё по согласию."

Всё, что может Бомгю, — отсасывать арендодателю за скидку на квартплату, трахаться на камеру, быть под кайфом и давиться вишнёвыми сигаретами. Всё, что может Ёнджун — писать о нём книгу.

ёнджун, кажется, состоит на семьдесят процентов не из воды, а из этих придурковатых подколов; бомгю показывает ему свою счастливую улыбку изо дня в день, чтобы старший не догадался, как гю засыпает с заплаканными глазами только под утро.

Бомгю никогда бы не подумал, что однажды захочет попробовать на себе ведущую роль, но всё когда-нибудь случается впервые.

День рождения, торт приготовленный мамой и взгляд симпатичного мальчика направленный на Бомгю, но это мы с вами оставим в секрете от него самого.

У Бомгю оральная фиксация. Ёнджун предлагает ему очевидное решение.

Кровь тонкой струйкой бежит по шее под ворот рубашки — ужасное расточительство. Стоит накормить голодного зверя, чтобы прожить ещё один день без страха быть растерзанным в клочья. Неужели так будет продолжаться целую вечность?

Бомгю удивляет Ёнджуна запоздалым подарком на день рождения — тем, который они оба хотели.

Ёнджун открывает рот, облизываясь абсолютно по-блядски.

Ёнджун - его безумный интернет-друг, однажды приезжает на тачке из другого города и забирает его, к чертям собачьим, подальше от дома.

Меток на шее Бомгю нет уже вторую неделю, что случилось?

Если бы Ёнджун знал, что цветочная фея Бомгю сорвёт его сфабрикованную помолвку, а после сам станет его женихом, то его эльфийское сердце разлетелось бы на миллион кусочков, упав у юношеских ног. Если бы Бомгю знал, что сгорающий от чувств Ёнджун такой сексуальный, то непременно бы отдался ему, позабыв о своей злости. И связав свои сердца цветочными узами, они отдадутся бушующей в их венах страсти.

До боли очевидно, насколько Бомгю нравится набор игрушечных украшений, но, возможно, Ёнджуну он нравится намного сильнее. (Или Бомгю нравится, когда его называют принцессой, а Ёнджун использует это в своих интересах)

Я хотел бы найти лучший звук, какого ещё никто не слышал.

На Бомгю только короткая клетчатая юбочка в складку, пятна румянца на обнажённой коже, дикое влечение во влажном взгляде. На Бомгю только разгульные руки Ёнджуна, изучающие его самые податливые места.

– теперь твоя очередь, хён, – проговаривает гю, поглаживая колени раздвинутых ног его возлюбленного.