Каково это, перешагнув за четвертый десяток, внезапно понять, что твой лучший друг на самом деле и есть тот единственный, кого ты вот уже двадцать пять лет как любишь? Устоявшаяся, размеренная жизнь отставного спецназовца Вадима изменяется в одночасье. А жизнь, предательница, не только дает, но и отнимает. Не только отнимает, но и дает...

Когда живёшь - до всего доживаешь... Даже до настоящей любви...

Я не собирался быть его любовью. Я не собирался быть для него хоть кем-то. Но десять минут назад он сказал: «Тысяча за неделю. Накинь еще пару сотен, и я сделаю вид, что люблю тебя. Хочешь?» В этом-то и было все дело – я хотел.

Говорят, если встретить гаишника в полночь на тёмной дороге — к потере денег. Дмитрий же наоборот, приобретёт нечто намного большее. Оказывается, мечты могут сбываться не только у Газпрома...

Чего только не сделает студент ради сдачи сессии... Но каждое действие, как взмах крыла сумеречной чайки, может вызвать бурю на другом конце океана.

Когда тебя начинает донимать извращенец, есть ли шанс, что им окажется парень, по которому ты сохнешь с восьмого класса?

Нахожу в вещах бумажку с номером, забиваю контакт и пишу короткое сообщение: «Что там за работа? Давай с подробностями».

Мне тридцать два, а ему вполовину меньше. Я за рулём, а ему приспичило грохнуться на пассажирское и начать знакомиться ни с того ни с сего. И хер знает, что в нём должно быть такого, чтобы я согласился.

Мареш был геем, но если не знать этого факта, догадаться было нереально: обычный мужик, красив, но брутально, по-мужски, без мягкости черт. Выжженный солнцем медовый блондин, смуглый и крепкий, с прожигающими до внутренностей темными глазами, с осколочным ранением в ноге, отчего прихрамывал, с теннисным мячиком в кармане — для Клары.

Курить не шибко и хочется, но стоит выждать время. Это просто необходимо сделать, потому что иначе мы не дойдем даже до постели. Хочу. Нет, не так: ХОЧУ! До звона в ушах, до ломоты в пальцах, до судорог, отвлекающей дрожью сводящих низ живота. Такого упрямого, своенравного, такого неправильного, сейчас смотрящего на меня с легким раздражением. Нечитаемый. Закрытый. Замурованный наглухо сам в себе. Боящийся чего-то настолько сильно, что отказывается вестись на мои провокации...

Любовно-производственный роман. О взрослых людях. О жадности и доброте, о вине и раскаянии, о любви и непонимании. Ну и в целом о жизни, которая не такая уж простая штука, как нам иногда хочется. — Между нами есть что-нибудь, кроме секса? — Я не рассчитывал. — А если я скажу, что люблю тебя? — Не вариант. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: возрастное ограничение 18+ Работа не предназначена для чтения лицами младше восемнадцати лет.

В сторону девушек, что вокруг него стайками чаек — «дай-дай-дай» — вьются, даже не смотрит. Одни говорят, что разбито сердце, вторые придумывают вечную любовь, которую Андрей скрывает ото всех. И только тот, кто знает правду, молчит.

«Корявый тащит меня в комнату, по пути задирая толстовку и избавляясь от штанов, и я думаю: раз он еще трахается, как хренов кролик с батарейкой в причинном месте, то не все так плохо. Он имеет меня, прижимаясь губами к уютному местечку под ухом, целуя и прикусывая, прижимаясь так крепко, чтобы слипалась мокрая от пота кожа, а внутри все дрожало, горело и вздрагивало – за секунду до оргазма, за две секунды, за…»

Малыш светленький, с золотистыми кудрями и ясными голубыми глазами. Он водит синий "Ниссанчи-и-ик", курит Мальборо Голд и задает тупые вопросы на семинарах. Я запрещаю себе смотреть на него, но продолжаю сходить с ума. / История любви, студенческие будни.

- Еще раз сунешься к Глафире со своими предложениями, окажешься в щучьем омуте. Век тебя не найдут. Ты – понял? – спрашивал и после каждого слова бил дурака по лицу Мишка Попов, который первый парень на деревне.

Замирает в моих руках, и я наконец-то вижу его глаза и огромные расширившиеся зрачки в них. Блять! Я уже видел у него такие глаза однажды. Не контролируя себя, перевожу взгляд на его руки. Новых следов нет, да и вряд ли бы он успел за те пятнадцать минут, что его не было. Мне нужно успокоиться. Он же ничего такого не сделал, правда? Скорей всего, это я по глупости, просто накручиваю себя.

С любимыми не расставайтесь, Всей кровью прорастайте в них...

Сплетни – они как змеи, а змеи – они-то разные. Одна укусит, да не больно совсем, а другая так клыками вопьётся, что мигом от яда сдохнешь. Вы - звери, господа, господа, вы - зверьё. (с)