У Стида Боннета есть страшная тайна, преследующая его не только в ночных кошмарах, но и наяву, при свете дня. Каковым было его удивление, когда глава преступной банды легко помог ему избавиться от неё. Только у Чёрной Бороды оказались свои планы на бармена из ночного клуба. Да и не бармен он вовсе.

— При всем уважении, сэр, — сбоку раздаётся голос пирата, — но никто не видел корабля Чёрной Бороды уже два года. Ни один смелый, практически суицидальный маршрут этого не изменит. — Нонсенс, знаешь, как это называют, Люциус? — Сложный разрыв? Сталкерство? — Оптимизм!

Из-за некоторых проблем Стид Боннет вынужден взять на работу Израэля Хэндса в качестве нового преподавателя истории искусств в свою частную художественную школу. Этому, кажется, рад только партнёр Стида, Эдвард Титч, гениальный архитектор, но довольно безалаберный мужчина. Иззи Злится. Стид переживает. А какую роль в этой истории сыграет Люциус Сприггс, художник и преподаватель диджитал-арта в школе Боннета?

Баттонс оживил Иззи. Вот только теперь Иззи - настоящий единорог, и ему приходится помогать по мере сил Эду и Стиду, которые пытаются разобраться с гостиницей.

Иззи пятьдесят семь, и ему кажется, что жизнь уже окончена.

Совсем рядом послышался громкий всплеск темных, но спокойных в эту ночь волн. В отражении луны, что слегка подрагивало на поверхности, Тич заметил какое-то движение. Он подошел немного ближе и, оперевшись на фальшборт, стал приглядываться. И внезапно он узрел в верхних слоях моря яркие золотистые блики, словно на дне таились самые драгоценные сокровища. *Действие разворачивается после второго сезона.

Давным-давно Кроули и Азирафаэль встретились на корабле королевского флота и между ними заключилось пари: "Может ли пират быть джентльменом?"

— Ты думаешь, что переживешь его любовь? Хочешь, я покажу тебе, как он любит? Стид замирает. Ему стоит только опустить взгляд вниз, чтобы увидеть последствия такой любви. Иззи может показать все свои шрамы, чтобы Боннет просто согласился. — Давай заключим пари? — Что за пари? — Я тоже покажу тебе, что значит его любовь. И если я смогу тебя переубедить, то победа за мной. Если ты окажешься прав — я выполню любое твоё желание.

Моряки называют их водяными знаками. Подарок моря, имя или символ, выведенные на груди, в конечном итоге приведут человека к его настоящей любви. Метка Стида Боннета вообще ни на что не похожа. И уж точно не напоминает ни слова «Эдвард» и «Тич», ни изображение чёрной бороды. Но всё нормально. Всё в полном порядке. Эд совершенно не против.

Стид и Эд принадлежат двум разным мирам, и оба одинаково ненавидят каждый свой. Но, встретившись однажды где-то между, они начинают принадлежать только друг другу, что, к сожалению, делает все только сложнее. А принципы Стида и комплексы Эда могут привести к тому, что им потребуется чудовищно много времени, чтобы выяснить, что же им делать со своими жизнями.

Собственной волей Иззи подумал, что это рефлекс. Один из многих, которые он успел выработать за бессчётные годы на море: при высадке не выпендриваться и держаться сходни, не приближаться к релингу, если накануне выпил, преодолевать узкие части корабля так быстро, как позволяет ситуация, не облокачиваться на рангоут и, самое главное, ревностно беречь своего капитана.

Стид Боннет присвоил пятнадцать миллионов долларов. Мафия хочет его смерти. ФБР хочет заполучить его живым. Эдвард Тич просто хочет, чтобы он заткнулся.

Иззи знал, что это его погубит, но все равно хотел пойти за его волей и отпустить контроль. Он вспомнил взгляд Стида, когда Иззи выложил перед ним свою клятву, его откровенную уязвимость, его безмолвное предложение всего, о чем Иззи не мог даже помыслить, и понял, что уже давно ему проиграл. Иначе все не было бы так.