Минхо женатый тридцатилетний мужчина, имеющий для своей жизни всё необходимое. Единственное чего ему не хватает - любви. А судьба не дура, подкинула ему на работу нового сотрудника - Хан Джисона.

— Ты пялился на мою задницу? — он сам не знает, почему задаёт этот вопрос, хотя видел всё своими глазами, но это вырывается неосознанно, из-за чего становится обоим ещё более неловко от произошедшей ситуации. — Ну да, а что такого? — он подходит ближе, заглядывая за плечо младшего, чтобы посмотреть на приготовленную еду, и шлепок по чужой заднице вообще выбивает из Джисона разум и адекватное сознание, которое просто кричит об абсурде происходящего.

— Я просто хотел спросить, — шепнул Джисон, неуверенно посмотрев на Минхо. — Не хочешь со мной ещё поцеловаться? — Джисон сжался, почувствовав, как покраснели щёки. Почему это так смущающе прозвучало? В голове звучало гораздо лучше.

— Я хочу быть частью твоего клана и любить тебя до конца своей жизни. Такой ответ тебя устроит? Минхо вздохнул и слабо улыбнулся. — Ну все, теперь ты застрял со мной навсегда. Если ты захочешь уйти от меня — я тебя убью. — Мысли шире. Если ты захочешь уйти от меня, я тоже тебя убью и не посмотрю, что ты глава мафии. Я стащу твой пистолет и пристрелю тебя к чёртовой матери. А теперь поцелуй меня, пока это не сделал я. И Минхо поцеловал.

Стоит ли бояться таких красивых стоматологов? Или лучше опасаться именно их красоты? *** — Ты чего? — голос после сна был таким хриплым, низким, очень несвойственным Джисону. — Тебе семерку слева тоже сделать надо, — прошептал Минхо, двигаясь еще ближе. — Ты смог это разглядеть, пока я зевал? — Извини, профдеформация, — Минхо быстро клюнул его в помятую после подушки щеку и вскочил с кровати.

— На, пей антигистаминные, — протягивает руку с таблетками Хан. — Пей и трахни меня. И поверьте, Минхо еще ничего романтичнее не слышал в жизни своей.

Джисону 18 лет. Он мечтатель, ищущий романтику в страницах любовных книг. Хан представлял себя главным героем прочитанных романов, надеялся встретить свою любовь и прожить долгую, счастливую жизнь. Разве ж он мог представить, что родители продадут его бандиту, и все мечты с грохотом разобьются.

Они оба всегда были такими грязными, дерзкими и жестокими. Один провоцирует — другой злится. Один молчит — другой разговаривает. Один бьёт — другой принимает. И это никогда не рушилось в их постели. Но спустя несколько дней после очередного секса они поссорились.

— Ты же знаешь, мне тебя всегда мало, — Джисон приоткрыл глаза и облизал губы Минхо, сладко причмокивая. — Судя по всему, тебе тоже меня мало. Все ещё хочешь съездить в Японию за своим любимым пудингом? Минхо закатил глаза и хохотнул, кладя голову ему на грудь. — У меня уже есть любимый пудинг дома.

Когда порог комнаты пересёк неизвестный парень, Минхо подумал, что так называемый сосед не сможет перевернуть его жизнь с ног на голову. Но, оказалось, сможет. — Можно я лягу на твою грудь? — прошептал Джисон. — Я же сказал тебе меня не трогать. — Спасибо, — Джисон все-таки лёг на его грудь.

Минхо всегда думал, что знает, кто он такой. Он сильный, уверенный, настоящий альфа — как все мужчины в его семье. Но всё меняется, когда его тело решает иначе. — Минхо, чем так вкусно пахнет? Ты что, привёл омегу к нам в комнату? — Джисон втянул запах солёной карамели в лёгкие и чуть было не простонал. — Минхо? — он подошёл к двери. — Ты с омегой? — Я один. — Тогда?.. Кто?.. — Джисон замер, задержав руку на дверной ручке, не решаясь войти. — Это я. Я омега.

— Мы так договорились, — объясняет Минхо, пожимая плечами. — Как? Трахаться и скрывать чувства? — Скрывать чувства — это я от себя добавил, так сказать, личная инициатива, но в целом, да. Мы просто дружим и иногда трахаемся. Как минимум одному из нас большего не нужно.

Минхо, который увидев свою младшую сестру обнажённой впервые, начинает медленно зацикливаться на ней.

— Ну же, Джисон-и, расскажи мне про свои тайные желания, – Минхо мокро облизал ушную раковину парня, мазнув губами по виску. — Хотя история поиска говорит все за тебя.