Бывают у Сережи странные жизненные моменты, когда он становится будто иным человеком, прекращая контролировать себя. Исчезает и его природная неуклюжесть, и глупое чувство юмора. Зато появляется чувство абсолютной власти, которой он владеет над удивленным в такие моменты Даней.

Даня в ответ лишь хватает Сережино запястье и кладет его руку себе на затылок, позволяя задать темп, но взглядом дает понять, чтобы мозги у Татищева не отключались. Иначе, Сережа знает, будет пиздец как больно. Ну, он обещает постараться.

Семейная жизнь Дани и Татищевых. Она оказалась приятной и весёлой. Юра выходит из душа, он устал и хочет отдохнуть или покурить, этого он пока не решил, вот только теперь не только Костя. против курения в этом доме и выходя на болкон он ловит на себе два осуждающий взгляда, а после выслушивает тираду от этих двоих. Какого же было его удивление, когда Снежинка решила брать пример с них.

"Жди меня, сегодня будем с твоим парнем знакомиться" Всё же Костя ему рассказал.

Сережа шипит что-то угрожающе, но в голове слишком пусто, чтобы взять и остановить это все. Ни Даня, ни его странная игра не интересовались, хочет ли Сережа следовать их правилам, а сейчас и спрашивать нечего – Сережа отказать не сможет.

Сережа выпрямился, осматривая Даню. Черная лента на глазах, заведенные вверх руки, футболка задралась, оголяя впалый живот. Московский улыбнулся и мазнул языком по губам, чуть приподняв подбородок, чтобы открыть шею.

Даня вел по шраму самым кончиком пальца, пьяно следя голубыми глазами за собственными движениями, а рубашка с коротким рукавом держалась на последних трех пуговицах, открывая замечательный вид на бледную шею, усыпанную укусами и засосами.

Дом это место, где тебе слышат И поддержат всегда.

Сережа вдруг подумал, что, вообще-то, находится в немного унизительном положении. Он стоит в туалете клуба, пока сын столицы бессовестно трахает его по обоюдному, сука, согласию

Даня медленно поворачивается и как-то смущенно улыбается Сереже, пожимая плечами, мол, зажигалку жалко, свитер я верну, а эти сами пришли.

Миша узнает, что Даня встречается с Сережей на что довольно бурно реагирует

Его раскачивает Серёжа, а несколько лет назад – Миша.

Хотя, даже если бы Сережа только что смотрел ужастик с расчлененными голубями, его настрой все равно вернулся бы. Просто потому, что в глаза, когда парень заходит в спальню, первым делом бросается черное постельное белье, а затем и Даня на фоне этого черного шелка. У Сережи сердце то ли замирает, то ли наоборот ускоряется, осознать и угнаться за ним невозможно.

Даня приезжает на пару выходных к Серёже, но похоже останется надолго.

Данила просыпается в постели Серёжи.

Сережа уверяет себя в том, что ему нет дела до состояния этого напыщенного индюка и, покрепче сжав сумку в пальцах, показательно громко хлопает входной дверью.

Серёжа заболел и Даня лечит его и забоится о нём, но пониает, что хочет быть ближе чем просто друг

29 декабря. На кухне Татищевых закипал чайник. Раздался щелчок кнопки и Серёжа горячую воду в две кружки. После туда же полетели по пакетику с чёрным ягодным чаем. Пока чай настаивался парень достал белую тарелку из шкафа и пачку печенья с шоколадной крошкой. Выложил всё на тарелку и понес в комнату, где сидел Данил. Во второй раз пошёл на кухню, чтобы забрать чай. Когда возвращался услышал из телефона Данила песню.

Тот самый балкон, на котором было выкурено много сигарет за всё это время и не только сигареты он потерпел. Но и дружбу, и любовь...

последний день перед долгой разлукой