АУ, в котором Вэнь Кэсин не попал в Долину Призраков, но стал учеником Е Байи и провел детство и юность на горе Чанмин. Вместе со своим наставником он приезжает в школу Четырех Сезонов и встречает Чжоу Цзышу, мгновенно превращаясь для него в самого раздражающего человека Поднебесной.

Для Вэнь Кэсина нет ничего более интересного, чем А-Сюй, прячущий свои обнаженные ноги.

Е Байи нашел способ спасти Чжоу Цзышу, но способ этот настолько невыполнимый, что бывшему главе Тяньчуана хотелось плакать от досады.

Раз в году, когда вода теплеет, а уровень гормонов подскакивает, Глава Долины призраков смягчается. Для одного единственного человека.

Если день начинается с пиздеца, то наивно предполагать, что он закончится чем-то хорошим. У Чжоу Цзышу надежда на такое чудо окончательно исчезла где-то в третьем часу дня, когда его пятый раз за день вызвали к начальнику на серьезный разговор. Эстафету по выносу мозга переняла мама и справилась с задачей так хорошо, что к девяти часам вечера хотелось выйти в окно. Он и вышел. Только в бар. Чжоу Цзышу совершенно не подозревал, кого там встретит, и чем все обернется.

Это взгляд автора на то, как могли продолжиться события после тридцать шестой серии – потому что все мы знаем, что Вэнь Кэсин выжил, и не желаем вселенную, где этого не произошло.

Когда господин Вэнь зашёл в кои-то веки в клуб, который спонсировал, он планировал всего лишь цивильно выпить, порубиться в кости с барменом, оценить обстановку. Чтобы понять, продолжать ли вкладывать свои ресурсы в заведение. Уже на втором пункте своего плана он потерпел тотальное поражение.

На самом деле это всё вина Цао Вэйнина то, что Чжоу Цзышу сидит сейчас в этом дорогом ресторане рядом с каким-то богатым (и безумно привлекательным) парнем, который явно не знает, как пишется слово «порядочность».

— Господин, вам подлить еще, пока ждете гостя? Цзышу колебался и уже было хотел отослать слугу, но в итоге вылил остатки из маленького черного чайничка в чашку. — Хорошо. Вошедший мужчина был хорош собой. Его красота услаждала взор — подобный изысканный красавец мог соперничать с самыми прекрасными местными куртизанами. Его одежды оттенков белого нефрита и чистого снега были великолепно скроены, но изгиб алых губ выглядел чересчур резким.

— А-Сюй, ах, А-Сюй, — промурлыкал голос, который Чжоу Цзышу надеялся никогда больше не слышать. — За тобой должок. Забыл? Ох, столько времени прошло, боюсь, набежали проценты.

Чжоу Цзышу никогда и не вел себя нежно — в этом, как ему казалось, не было смысла. Но сейчас Чжоу Цзышу задыхался вместе с Вэнь Кэсином, смотрел на него и не чувствовал желания просто взять его.

Судьба насильно связывает людей, рисуя на их запястьях первые и последние слова, которые они говорят друг другу. Один человек получает первые, другой — последние. На запястье Чжоу Цзышу имя. Запястья Вэнь Кэсина чисты.

Кстати, насчет двусмысленности... Вэнь Кэсин с явным удовольствием нарушал все частные границы Чжоу Цзышу, влезая в его личное пространство и отпуская комплименты порой не самого пристойного содержания. Он то подсаживался слишком близко, то норовил облапать (а иначе эти постоянные прикосновения и не назовешь), то сыпал комплиментами, зачастую не особо приличными... P.S. Кэсин не устаёт соблазнять свою родственную душу во время совместного путешествия.

Со вздохом перевернувшись на спину, Цзышу встретился взглядом с полными обожания чёрным глазами, на дне которых плескалась затаённая тревога. Словно растеряв за ночь весь свой пыл и бесстыдство, теперь Вэнь Кэсин обнажал перед ним всю неприкрытую нежность своей души.

AU, в котором Чжоу Цзышу после ухода из Тяньчуана сбегает в лес и поселяется в полузаброшенном домике, надеясь провести остаток жизни в одиночестве. Однако в первую же ночь он выясняет, что занял чужое жилище, принадлежавшее лису-оборотню.

AU, где имя соулмейта написано у каждого человека на ступне. Чжоу Цзышу носит на теле имя давно погибшего шиди и уже не ждет судьбоносных встреч.

Чэнлин купил на ярмарке кампуса старый веер по завышенной цене, в котором, предположительно, был демон. —— Человек в красном обошел комнату Чжоу Цзышу, осматриваясь по сторонам. Он снова повернулся к Чжоу Цзышу, прежде чем сказать: - С моей стороны было невежливо не представиться, так что, пожалуйста, позволь мне. - он сложил руки вместе и слегка поклонился. - Я Вэнь, Вэнь Кэсин.