«Если ты не умеешь любить, я тебя научу!» — сказал однажды Хан, когда уговаривал Минхо начать с ним встречаться. «Если ты не умеешь доверять, я научу!» — говорил он, когда Ли первый раз столкнулся с выгоранием и нервным срывом. А сейчас сам лежал на диване, свернувшись клубком и пролив на несчастную подушку уйму слез. Теперь настала очередь Минхо учить.

— Жалко, что с тобой целоваться нельзя, — грустно вздыхает Минхо. — Нельзя, да? — переспрашивает Джисон, и это заставляет вздрогнуть. Минхо не знает: можно или нет, но теперь очень хочет поцеловать Джисона.

Утончённая натура Минхо, влюблённая в одиночество, не нуждается в постоянном внимании или присутствии кого-то постороннего, пока рядом неожиданно не появляется кто-то довольно спокойный, неразговорчивый и улыбчивый; кто-то, кто сохраняет тишину, к которой Минхо питает самые тёплые чувства.

Джисон ведёт себя довольно подозрительно, чтобы остаться равнодушным. Неоднозначные взгляды, коварные ухмылки и нервное облизывание губ не дают покоя. Минхо это раздражает, но он, честно, старается быть непоколебимым. Выдержки же хватает до поры до времени, конечно.

Джисон скромная и закомплексованная, чтобы так просто подойти и сказать о своих чувствах, но и молчать уже не получается. Чем дольше она смотрит на Минхо, тем сильнее сердце сжимается в тиски. Джисон мечтает взять её за руку и, оглянувшись по сторонам, чтобы никто не заметил, быстро чмокнуть в щеку, показывая лишь малую часть всего того, что испытывает к ней. Только вот Джисон всё никак не решается, посему на помощь к ней приходит Феликс, чтобы реализовать действительно глупый план в жизнь.

Джисон приехал в деревню, чтобы помочь бабушке, но неожиданно нашёл свою любовь в лице милого соседского парня.

Джисон невообразимый дурак. Глупый. По мнению Минхо, разумеется. И дело даже не в том, что он в очередной раз обрабатывает ему какой-то сомнительный укус на пальце, потому что Джисон, будь он неладен, снова решил, что он бессмертный, и потрогал какую-то отвратительную жужжащую дрянь, к которой нормальному человеку и приближаться не захочется. Они, по мнению Джисона, милые, видите ли. А в том, что Минхо в него влюблен. Безнадежно сильно и давно. А Джисон не видит. Дурак.

Диагноз для Джисона звучит сродни приговору. Он хочет забыть, отменить и стереть тот день, когда все пошло под откос. Он просто чувствовал себя не очень хорошо. Подозревал то простуду, то переутомление, то стресс, которого за последние месяцы в жизни накопилось сполна. Джисон хочет никогда не оказываться в этом кабинете. Никогда не слышать, что опасения врачей подтвердились. Что болен он куда серьёзнее, чем казалось. У него сахарный диабет.