— Уходи, Чонгук, ты меня разбудил, — не так уж и уверенно звучит. — Я не уйду сейчас никуда. И в будущем в покое тебя не оставлю, ты же знаешь, я ебанутый, я никого к тебе не подпущу.

— Сижу я значит, никого не трогаю, — Юнги строго посмотрел на Тэхена, который сидел в кресле, втянув голову в плечи, всем своим видом демонстрируя раскаяние. — И тут мне друг скидывает фанфик, на, мол, почитай экая экзотика. Я ссылочку открыл и офигел, потому что в пейрингах значились я и Джин. — О, — только и смог выдавить Тэхен. Слабенькая надежда на то, что это был какой-то другой, не его фик, трепыхалась в груди.

— Ты хочешь сказать, — влез Хосок, — что вот он, — и указал обеими руками на Чонгука, — тот самый «зайчик»?

«Если бы я однажды предложил трахнуть его под Эйфелевой башней, на глазах у сотни туристов и зевак, он бы не задумываясь согласился, а я потому и не предлагал...» Или история о том, как молодой начинающий писатель из Британии встречает анархичного студента жадного к свободе, врываясь в самую гущу событий мая 1968 года. Их странные отношения зарождаются так же стремительно, как стихийные протесты на улицах Парижа.

История об одной гениальной, но неуклюжей ведьме и бедолаге вампире, которому просто не повезло.

Чон Чонгук уже шесть лет занимал должность главного инквизитора, и все эти годы он прекрасно делал свою работу. Пока, однажды, не сжёг на костре ведьму-Тэхёна. Он не поверил, когда тот, умирая, пообещал вернуться за ним. А зря...

У его парня был кинк на грязные разговоры. На самом деле, у Тэхёна был миллион кинков, начиная от безобидного секса в одежде, заканчивая легким удушьем. И Чонгук старался удовлетворять их все, в конце концов, удовольствие было обоюдным. Точнее — все, кроме одного…

— О, надо же, и правда, хорош, — криво усмехнувшись, Тэхён в два шага преодолел разделяющее их расстояние, от души врезал придурку по лицу. — Это тебе за порчу моего имущества. Или история о том, как лечащим врачом Тэхёна оказался Чон Чонгук - тот самый придурок, которому он выбил стекло в машине, в отместку за сломанный скейт.

На берегу Японского моря, в одном провинциальном городке, стоит маяк. Смотритель маяка проживает неподалёку, вместе со своим сыном Чонгуком. Они ведут тихую, размеренную жизнь, но всё меняется, когда в городок приезжает Ким Тэхен — переводчик из Америки.

Один неосторожный, такой незабываемо-взрывной звук чиха, изменил жизнь Чонгука.

Тэхён просто безумно скучает по Чонгуку. А ещё — умеет отменно играть на нервах. А Чонгук… У Чонгука нервы железные.

Оставалась всего неделя на завоевание чужого внимания. В идеале - и задницы, но Тэхен никогда никому в этом не признается. Чонгука он искал и в итоге нашел в лесу… Ну как, Чонгука… Это был какой-то гибрид человека и волка. Чудовище было раза в полтора выше него. Черная шерсть виднелась за ушами, на затылке, руках, груди, в паху (Тэхен задержал там взгляд чуть дольше, чем следовало бы).

Взвешивать буквально каждое слово. Причём взвешивать не на своих весах, а на чужих. Держать все нити в своих руках. Все канаты и все верёвки. И найти наконец того, кто возьмёт эти канаты из рук... И тебя самого. Материалы по теме: https://t.me/Tak_Interes/131

Когда Чонгук бросался спасать утопающего, он и мысли допустить не мог, что в его руках окажется русалка. Когда Тэхён наконец-то решил показаться перед понравившимся ему человеком, он и мысли допустить не мог, что вдруг начнёт тонуть.

Чонгук готов был заплатить любую цену за то, чтобы воплотить свою мечту и стать актером. Даже если этой ценой был Тэхен.

Чонгук поспорил, что сможет три недели быть парнем Тэхёна. Но, вот незадача - Тэхён узнал о споре.

У Тэхёна просто неудачный день, апофеозом которого становится вынесший с ноги дверь спецназ.

Чон Чонгук – самая настоящая сука. Прям-таки породистый кобель. И Тэхён ничуть не стесняется напоминать об этом каждый будний день его единственной дочери, потому что он абсолютно точно уверен, что этот разукрашенный и самонадеянный индюк не пара его единственной радости в жизни. Возможно, пара ему самому.

Смущение есть признак чувствительности. Просто Чон Чонгук самооценку поднимал

Подпиши мою смерть своими зубами…