Говорят, в Ордене Гу Су Лань есть двое прекрасных юношей, талантливых заклинателей, чья музыка способна успокоить мятущийся дух. Однажды человек, прославившийся как Старейшина И Лин, захотел заполучить этих исключительных Нефритов.

Единственным человеком, которого Цзинь Лин ненавидел всей своей искренней детской душой, был его неродной дядя — Вэй Усянь — и ненависть эту он считал вполне заслуженной: тёмный заклинатель убил его родителей, лишив мальчика нормального детства, и отравлял жизнь Цзинь Лина, даже будучи лишь страшилкой, которой пугают детей в Юньмэне, когда те подходят близко к берегу. ...Но сейчас, сидя на коленях посреди поля боя и прижимая ладонь к его кровоточащей ране, Цзинь Лин так не считает.

Цзян Чэн только-только сбежал из-под тирании своей семьи, как попадает в популярную отоме-игру. "Смерть-единственный конец для злодейки", теперь он занял место злодейки и должен сделать все чтобы предотвратить свою смерть.

Леви никогда не умел читать и писать, и вот, став капитаном, наконец смог признаться в этом Эрвину. Пост-Чойс. История развития отношений.

Ища подарок для своего любимого Нефрита, Цзян Чен натыкается на подлость судьбы и ревность главы Лань

Будь Лань Ван Цзи чуточку внимательнее, он непременно обратил бы внимание на раскинувшиеся прямо перед ним красоты. И расслышал бы мерный шорох шагов.

Модерн AU, в которой офис Цзян Чэна находится напротив академии художеств. Однажды в его окно прилетает листок с его же потрясающе нарисованным портретом. Цзян Чэн задаётся целью отыскать художника, а Си Чэнь всё никак не может найти свой набросок парня из соседнего окна.

Лань Сичэнь проводит зиму в Пристани Лотоса

Фандом Магистра затопил гомосексуализм, и Лань Цижень решил бороться с этим явлением. Но в поисках натуралов он забрел слишком далеко, и теперь хаос и безумие царят в Гусу Лань. Говорящий Яблочко прилагается.

Сичэнь бережно уложил голову мальчика себе на плечо, позволяя уткнуться в свою шею и беззвучно всхлипывать, спрятав лицо. Он на ходу ласково поглаживал ребенка по вздрагивающей спине, наполняя его своей энергией, совсем немного, чтобы помочь унять дрожь от пережитого и подарить чувство защищенности. Спустя десять минут безмолвной ходьбы с легким укачиванием, Ваньинь вымотанный, уснул, как был. Зарывшись носом в чужие волосы и намотав на руку белую ленту.

Глава Цзян очень скучает по своему возлюбленному и ищет способы проводить с Лань Сичэнем больше времени, несмотря на обилие у них работы и обязанностей. Вэй Усянь рассказывает, что он работает над новым изобретением, которое позволит посещать один сон вдвоем, будучи на расстоянии. Только чудесный артефакт пока не протестирован и лучше бы Цзян Чэну слушать Вэй Ина внимательнее, чтобы не оказаться в полной... А где, кстати, он оказался? А главное, как вернуться домой?

Оглядываясь назад, Лань Сичэнь уже должен был понимать, что что-то действительно не так. В письмах Цзян Чэна к нему в последнее время смутно упоминались некоторые проблемы на территории Юньмэна, какая-то неблагоприятная деятельность, которую нельзя было связать с проклятием или легко рассеиваемой злобной энергией. А потом письма прекратились. Но потом Цзян Чэн написал Ванцзи. Нет. Верховному Заклинателю.

История Лань Сиченя и Цзян Чэна. Каждый из них хотел быть предан только своему Ордену, но в итоге полюбил человека

Цзян Чэну нужны деньги на восстановление клана Юньмэн Цзян, а главе Лань и главе Не нужен он. В их постели. На одну ночь. Ну. Или Цзян Чэн так думает.

Эта лента была у тебя с самого начала. (с)

Цзян Чэн потерян в черной хмари! Цзян Чэн потерян в себе.

Пять волшебных рождественских каникул, когда Цзян Чэн влюбляется в Лань Сиченя навсегда. И одно Рождество, когда он решается.

Fish. AU, где Вэй Усянь так и не был воскрешён, а Мо Сюаньюй стал бродячим заклинателем.

Ладонь успокаивающе проводит по плечу и спине. Губы касаются макушки. И от этого внутри разливается странное тепло, словно так и должно быть. — Ваньиню нужен покой. Не буди его. Цзян Чэн хочет открыть глаза, но, кажется, он находится на грани полусна и яви, когда и хочешь проснуться, но не получается. Но Сичэнь? Нет… Он не может его так обнимать. Это какое-то безумие!

Я хочу сказать, глава Цзян, что я чувствую себя таким одиноким. Потому что у брата есть господин Вэй, а моему дяде важны дела ордена. Я же… Я же остался совсем один. Я должен оправдать ожидания дяди и брата, всего мира заклинателей. Но я так устал. Я чувствую себя так, словно я никому не нужен. Я совсем не такой, каким они меня считают. Но если я не буду соответствовать их ожиданиям, меня никто не полюбит. Я никому не буду нужен.