Казалось, что для Неньи Ной - неприступная крепость. Знал бы Ванитас, что он станет той самой брешью, то прижал бы ближе и никогда не отпускал.

В этот вечер и ночь было особенно холодно. Влажность делала воздух необычайно тяжёлым, сырость промораживала до самого нутра. Но Ванитас стоял на крыше так, словно совсем и не холодно. Он был одет легко: в свою излюбленную накидку, надетую на рубашку, штаны и сапоги. Ему стоило бы одеть куртку, как и всем людям, но ему хотелось чувствовать холод очень ярко.

Когда Ной смотрит на Ванитаса, что стоит рядом с Жанной, ревности парня нету предела. Он хочет быть на месте Жанны. Он хочет быть тем, кто важен Ванитасу больше всех на свете.

«потеряв себя, нашёл тебя». | теория: исказившись до предела, Ванитас попадает в пространство меж мирами, куда способны проникать Архивисты.

Ной работает архивистом в агентстве по делам вампиров, а Ванитас возглавляет в нем шуточный отдел по исцелению зараженных, состоящий из него и Жанны работающей там на пол-ставки. В обеденный перерыв они исцеляют вампиров, как коллеги, а после работы едут домой как соседи. Однажды им попадается дело, которое серьезнее, чем кажется. Они раскрывают друг другу чувства и правду.

Обычно на крышу отеля уходит Ванитас, но в этот раз всë наоборот, что же случилось с Ноем?

У Ноя свои мотивы, но молча смотреть, как Ванитас страдает, он больше не может. И угроза быть убитым его уже совсем не пугает.

ванитас видел собственными глазами последствия того, что он не сумел предотвратить, и каждый раз внутри что-то безжалостно разбивалось вновь и вновь на многообразие осколков; и каждый раз ванитас не мог смириться, принять одну жестокую истину: помочь всем невозможно.

— Ванитас, что-то не так? - обеспокоенно сказал вампир, смотря человеку в его голубые глаза, заставляющие буквально тонуть, словно в глубоком, как и сам он озере. Как не странно, возникла ассоциация. — Всё нормально, - коротко ответил голубоглазый. По его виду сразу понятно, что он определённо что-то не договаривает.

Ночные кошмары и способы их лечения.

ной коротко кивает, забирая стакан из чужих рук, и наблюдает, как юноша седлает его бёдра.