Удача всегда была на стороне Авантюрина, однако стоило ей лишь на секунду отвернуться, как в его блестящей студенческой жизни возник чёртов Веритас и неизбежный совместный проект.

Доктор Рацио почти невозмутимо познает физиологию авгинов от (женского) начала и до (мужского) конца. Авантюрин безобразно шутит о детях.

Это продолжалось уже три дня. Беспокойные, безумные и не поддающиеся какому-либо описанию — речь, естественно, идет о днях — будни, полные забот, постепенно сводили Рацио с ума. Один день он был готов вытерпеть лишь на загадочном чувстве любви, пока тщательно им исследуем и рефлексируемом, два — на уверениях его драгоценного о том, что все вскоре прекратится, но три? Три чертовых… дня. И три, Мудрые Эоны, кота!

Маленькое пространство, в котором они застряли, кажется, не без вины самого Авантюрина, не давало им сделать и шагу. Да тут даже встать не представлялось возможным. И всё-таки все трое каким-то образом туда поместились и оказались в ловушке, вот Авантюрин и пытался, как мог, найти отсюда выход... Или не выход, но что-то он определённо пытался найти.

Вселенная схлопывается в этот миг, он хочет его сжать под собой, целовать глубоко и настойчиво, чтобы показать всё своё желание. Авантюрин до безумия красивый. Ветер колышет его длинные уши с золотистым мехом, хвост приподнимается над землей и тенью отражается на улыбчивом лице, пока когти на лапах то и дело рыхлят песок от предвкушения.

— Я хочу его купить. — Доктор Рацио! При всем уважении, он под следствием, мы не имеем полномочий. — Меня плохо слышно? Веритас препирался со служащим КММ по одному интересному поводу. До него дошли слухи, что один сигонийский раб, причем авгин, не просто убил своего хозяина, но и чудесным образом обманул большую часть Гильдии эрудитов, убедив учёных в несусветной чуши, а также обвел вокруг пальца один из отделов КММ. Рацио просто не мог упустить такой экземпляр. Ему нужен был этот человек.

Для Авантюрина секс — это представление. Рацио хочет его настоящего.