Джон почувствовал неладное, когда увидел, что Лололошка очень долго набирал ответ, а потом и вовсе замолчал. Что ж, стоит наведаться к нему.

Неужели Джон настолько заскучал, что незатейливая игра кажется ему лучшим развлечением здесь и сейчас? Серьёзно?

- Если я отвечу тебе взаимностью, ты будешь счастлив, ведь так? - Я буду счастлив только в том случае, если ты это сделаешь по той причине, что по настоящему любишь меня, а не из-за того, что сделаешь меня радостным придурком.

— Мы идеально дополняем друг друга, — почти в безумии Джон прошептал эти слова в чужие губы, его пальцы пианиста, тонкие и изящные, переплелись с точно такими же, но грубыми от работы, покрытыми мозолями и маленькими шрамами. — Я буду твоим разумом, а ты — моими телом и душой, Лололошка. "Он сумасшедший", пронеслось у Лололошки в голове. "Но мне это нравится". Сборник драбблов.

JDH предначертанный Лололошки, только Джон об этом знает и теперь нужно как-то донести это до своей забывчевой альтернативной версии.

У Джона есть фетиш, когда Лололошка одеваться в халат, говорит умные вещи и в принципе вести себя, как учёный.

Кареглазый дрожащими руками напечатал три слова и вновь отодвинулся от техники, ибо очередная слеза попала на клавиатуру. Он не моргал. Лишь учащённо дышал, стараясь не задохнуться от нахлынувшей на него паники.

От возлюбленных до незнакомцев. Мой любимый троп, кстати.

Молли любит Джона до безумия. Ей нравится всё, что бы он не делал: толкнул, ударил или накричал. Девушке всё это нравится. Они неотделимы друг от друга, так она, по крайней мере, думала. Пока в их лаборатории не появляется стажёр, и тот, на несчастье Молли, чем-то смог привлечь Харриса.

JDH просто нужна няня, которая будет следить за его дочерью Эммой. Лололошка просто нужна временная работа. А Эмме нужен просто человек, который будет с ней проводить время, а возможно даже заменить мать.

У Лололошки тоже всегда одно выражение лица и вековой — если не тысячелетний — холод во взгляде. Джон не может долго смотреть ему в глаза, потому что начинает задыхаться. Каждый раз он прикрывает глаза и представляет, как тонет в ледяных водах опасного темно-синего океана внутри этих глаз. Он уходит на дно без возможности всплыть — да и не пытается даже. Легкие жжет, конечности немеют, а глаза слезятся, и это почти приятно. «Почти» — со скидкой на нестерпимую боль.

В душе у него живёт ...нет... Больше не боль, боли давно нет, он искоренил это гнилое чувство из свой груди. В его груди царит хаос, безумие пляшущее вихрем, заставляющее идти вперёд не потому что у него есть силы на это, а только потому что азарт от хаоса радует его взор, только по тому что сам он —хаос. Только потому что подкидывать дрова в костёр веселее, чем пытаться его затушить.

Лололошка попадается на уловку Джона, так нелепо позволяя одурачить себя и забросить в совершенно иной мир, где нет ничего хотя бы отдалённо знакомого. Но вот незадача; Джон всё твердит о том, что Лололошка должен вспомнить нечто безусловно важное, связанное с их совместным прошлым, отчего теперь зависят их отношения.

Порой, не доведенное до конца дело, может привести к серьезным последствиям.

И все в этом Джоне Дейви Харрисе через край. Эти эмоции яркие, пламенем горящие, эти глаза таким же огнем сияющие, что сжечь мир дотла готовы. С этими движениями резкими, живыми. И все в нем точно фальшивое, наигранное. Все в нем точно маска налепленная, да так, что не отодрать. Да если и получится то пустоту увидишь всепоглощающую. Лололошка уверен в этом. Потому что Джон Дейви Харрис полон противоречий и хаоса.

Никогда не задумывались, что чувствуют брошенные, испорченные люди без права на искупление? Как они испытывают эмоции, взаимодействуют с людьми? Возможно, пытаются любить? Брошенное - не всегда уродливое.

– Прыгай, я поймаю, не парься!

— Я что-то не знаю? — Шепчет Райя другой синеволосой девушке, сидящей рядом. — О боги, избавьте меня от того, что я вижу и слышу.. — Лепечет Окетра, закрывая себе лицо ладошками. — Боги тут бессильны. — Как приговор озвучивает Джодах.

Только его взгляд переместился на губы парня, он сразу улыбнулся, прищурившись. Неужели Харрис нашёл то, чем он мог бы разбавить эту сладость во рту?

— Знаешь... — Харрис посмотрел на Лололошку. — Друзья - это всего... — Всего лишь расходный материал? — Джон был удивлён. — Лишняя морока, которую можно использовать в своих целях, и когда она станет не нужной, просто выкинуть, как мусор? А для меня друзья - это часть семьи.