Алтан выстраивает внутри себя стены, одну за другой, отгораживаясь от собственных желаний и человека, эти желания провоцирующего. Однако… на проверку эта самодельная крепость оказывается карточным домиком, и хватает лёгкого землетрясения, чтобы снести его подчистую.

На часах - пять утра, заснули они не больше чем пару часов назад. Вадим опускает глаза ниже и видит неестественно согнутые стопы, сжимающие до затяжек атласную простынь руки - и до него доходит.

Самое яркое детское воспоминание – папа расчесывает маме волосы, медленно, неторопливо, словно ему совсем не надо бежать на работу. Это что-то вроде семейной традиции: все женщины в их роду были просто обязаны носить сложные прически. Алтан решает продолжить эту традицию в память о погибшей матери. "Из века в век в старинных сказаниях драконы сторожили сокровища. И теперь Алтан доверил ему свое – свои золотые косички..."

Давным-давно — по твоим, золотце, меркам — одна прекрасная юная дева, царевна рода, идущего от начала времён, заключила договор с чудовищем, обитающим в водах Байхэ, Северного моря, как его тогда называли. Потом пришли умные люди и всё испортили, подписав море — озером, но что поделать — прогресс...

Алтан не может отпустить прошлое и научиться жить в настоящем. Вадим ему помогает, но иногда помощь требуется и ему.

Их отношения перешли на новый уровень, перешли на то, что о субординации дома и речи идти не будет.

…В воздухе повсюду витает запах лимонов, и за проведенный здесь день Вадим понимает, что это, видимо, нормальная история для всей Италии, не только для Сорренто, в котором они решили остановиться. Атмосфера города Вадиму нравится — даже несмотря на шумные толпы туристов в дурацких очках и с навороченными фотоаппаратами, на которые они щелкают каждый свой шаг. Как будто без этого все тут же забудут. || [ италия, вино, безлюдный дикий пляж, быстрый секс и к о е — ч т о еще ]

Ничего особенного внутри нет, только короткое и нейтральное «Когда вернёшься?» Вадик приподнимает брови - обычно его босс не интересуется ни временем, ни обстоятельствами его возвращения, даже несмотря на то, что они периодически спят: Алтан сразу предупредил, чтобы никаких разговоров о любви и верности. Как будто Дракон собирался. «Не знаю, зависит от того, как наш друг разговорится. Что-то случилось?» «Да так. Кажется, купил рубашку не по размеру. Велика»

Нежные и супер-сладкие дракиолусы, Вадим заботится об Алтане после долгого рабочего дня. Флафф, какао с зефирками и совместный отдых ;)

Алтан возвращается в Петербург, чтобы вернуть клану игорный бизнес, и знакомится с Вадимом — телохранителем, специалистом по особым поручениям, который помогает ему принять вызовы криминального мира. Скоро становится ясно, что его интерес к Вадиму выходит за рамки работы. Настолько, что Алтан переступает через страх и гордость и решается на первый шаг.

Алтан вынужден встречать Новый год на светской тусовке, но за десять минут до полуночи у него появляется другая идея. Как хорошо, что сегодня с ним Вадик.

драбблы по золотой чешуе

Алтан ненавидел гардении задолго до того, как они пустили корни в его лёгких…

Алтан набрасывается на него сразу, как только попадает в полумрачный салон машины, — Вадим от удивления даже не сразу вспоминает, что на поцелуй полагается хоть немного отвечать. От Алтана пахнет напыщенными душными разговорами, дорогим парфюмом и не менее дорогим алкоголем — которого он, кажется, закинул порядочно, потому что рука его движется прямо к ширинке — ни здрасте, ни до свидания.

— Хотите мандаринку, босс? — Нет. — Даже если почищу?

Алтан любит цветы и не любит проигрывать.

в загородном особняке дагбаевых было светло - кажется, здесь редко полностью выключался свет, всегда кто-то работал. но сегодня в покоях хозяина было сумрачно: свет приглушен почти на максимум, занавески зашторены, окна плотно закрыты.

По заявке флафф-феста: Перед сексом Вадим узнает, что он у Алтана первый, поэтому тщательно его готовит и ласкает, наблюдая за смущающимся парнем.

История о том, как Вадим неожиданно заболел, а Алтан решил его выходить.

На самом деле Вадим откровенно пиздéл, когда утверждал, что на чёртов День всех влюблённых ему нужен отгул.