Каждый месяц Мадам Юй наказывала Цзян Чэна, запирая его в отдаленном домике на острове, и запрещала туда ходить. Вэй Усянь не был Вэй Усянем, если бы не ослушался.

Вэй Усянь был влюблен в своего господина, Цзян Ваньиня, лет с 15. Он поклялся всегда быть рядом с ним и защищать его. Он не имел права быть вместе с ним, ведь тот должен был выйти замуж за Вэнь Сюя. Но в один момент, у Вэй Ина возникает подозрение, что его господин сам неровно дышит к нему.

Ланям нельзя пить. Вообще. Ибо последствия может и будут несколько приятными, но явно неконтролируемыми.

Цзинь Гуанъяо не умер, его защитил Вэй Усянь. Поэтому он теперь живёт в отдалённом месте, выращивает цветы, овощи, чай и ещё много всего разного. Однажды у него появляются семена лотоса.

Не Минцзюэ всю жизнь любил этого человека, даже несмотря на предательство. Что если воля небес, помноженная на предприимчивость его младшего брата, однажды приведет сурового мужчину к его мечте?

Вэй Ин после всего остался в Пристани Лотоса, и Цзян Чэн даже не напустил на него собак. Они вполне неплохо поладили снова, несмотря на всё, что произошло с ними. И Вэй Ин просто не будет собой, если не подтолкнёт его на сомнительное дело.

Хангуан-Цзюнь - всеми уважаемый преподаватель философии, Вэй Ин - редкостный бездельник, каких ещё поискать надо. Что же их может объединять? С виду обычные отношения преподавателя и студента. Или что-то большее?

Цзян Чэна Китай душит. И это путешествие (побег) для него — глоток свежего воздуха. Чего он не ожидает, так это встретить в крохотном европейском городке очаровательного юношу, который говорит на китайском и каждый день приходит в парк с букетом цветов.

Вэй Усяню разрешено вернуться на обучение в Облачные глубины.

Пять раз, когда Лань Ванцзи натыкался на Вэй Усяня, играющего на флейте, и один раз, когда Вэй Усянь играл только для него.

Естественно, это происходит на ночной охоте. Присматривать за ребенком еще никогда не было настолько сложно. Или Как Вэй Усянь превратился в четырехлетнего ребенка.

– Ты мёртв. – вслух проговорил Лань Сичэнь, на что получил снисходительную улыбку. – Но ведь я ещё здесь. – На долго ли? – Пока тебе это нужно…

Самый первый Бог. Ему невероятно одиноко. Он видел много войн, смертей, процветание великих королевств и их падения. Он перестал верить во что-то хорошее. Но спустя столько веков он услышал: - Я люблю тебя. Но кто же это сказал?

Вэй Усяню нельзя находиться дома у Лань Чжаня. Но правила созданы, чтобы их нарушать.

Ванцзи закрыл глаза, чтобы Вэй Ин не видел его боли. -Я одного не могу понять, почему кто-то имеет право решать за меня какие чувства и к кому я должен испытывать. Ванцзи удивлённо распахнул глаза. -Понимаешь, то что я чувствую к тебе - это древнее настолько, что даже первейшему не понять. Я будто люблю тебя от начала времён, ещё до его появления. И мне никто кроме тебя не нужен. Лань Чжань, ты это понимаешь? Ванцзи кивнул и прошептал. -Прости, я испугался. Думал, что могу потерять тебя.

И вот, стоило Цзян Чэну прийти в комнату брата, как его глазам предстала такая картина – это бедствие поцелуем прижалось к экрану телевизора, на котором застыл его краш. Цзян Ваньинь с размаху ударил себя по лбу и закрыл глаза лишь бы не видеть и забыть этот позор.

Двенадцать белёсых стянутых следов от зубов черепахи на ноге. И в каждом виноват лишь он. | От смены погоды у Лань Ванцзи начинает болеть нога.

Иметь друга с которым на протяжении долгих лет ведёшь странный спор.. это сложно. Тем более, если этот спор связан с чувствами. Цзян Чэн в шестнадцать лет познакомился с одним парнем, который влюбился в него с первого взгляда и особо это не скрывал. Лань Хуань, так звали того парня, медленно, но уверенно начал действовать, какие-то подкаты, флирт, комплименты, всё то, что обычно можно сразить наповал любого. Но Цзян Чэн оказался другим.

После смерти отца и матери Цзинь Лина прошло много времени, но Жуланю после всего произошедшего стали часто сниться кошмары.

Любите Не Хуайсана? Балдеете от образа Незнайки и мечтаете наблюдать за тем, как его характер сменяется на шугар дедди и манипулятора? Тогда тебе сюда. Я собрал только для тебя эти пейринги и готов постараться написать все, что позволит моя грешная душа.