Он протянул руку и заявил: — Меня зовут Коннор, я ваш стажер.

После того, как люди сдали Детройт андроидам, никто не объявлял о победе, потому что это было только начало. Быть живыми порой намного сложнее, чем кажется, а свобода пугает больше неволи, и всем приходится учиться этой новой жизни, будь то Маркус, ставший полноправным правителем города, или Коннор, который остался со своим напарником, чтобы сохранить мир на улицах, где андроиды и люди до сих пор не могут поделить территорию.

Когда Хэнк предложил Коннору пожить у него, он фатально недооценил масштабы того ада, в который андроид превратит его жизнь.

По заявке IV-40 с кинк-феста: "После мирной революции Коннор возвращается в ДПД и вскоре очаровывает всех своей продуктивностью, вежливостью и милой внешностью. Но однажды ловит вирус, который заменяет весь его словарный запас на жаргон и мат. Коннор в растерянности, публика в шоке - заменить суперэффективный прототип некем, приходится работать так. Весёлое общение с коллегами/начальством/федералами/подозреваемыми/Иерихоном/просто несчастными, попавшими под раздачу".

Хэнк увидел, как Коннор готовит, и что из этого вышло. Сборник драбблов на тему: "Как научить андроида быть человеком?"

Революция андроидов все-таки случилась, а Коннор так и не стал девиантом и провалил свое задание.

Хэнк ответил, что хочет сына, а нужно было послать капитана далеко и надолго, желательно при этом сдав значок и оружие. Нужно было сразу заподозрить неладное. Нужно было, как вариант, застрелиться после смерти сына. Много чего нужно было сделать, чтобы не стоять теперь посреди дороги в затянувшийся ливень и смотреть пустыми глазами в идеальное личико мальчика лет тринадцати-четырнадцати, на громоздкой «упаковке» которого было лаконично написано – «YK500. Идеальный ребенок».

Хэнк решил, что это в его обязанности смутить Коннора любым всевозможным способом. В конце концов, так все отцы поступают.

Будущим полицейским просто необходимы знания о совместной работе с андроидами, ведь именно в этом будущее Детройта. Но Хэнка, которого назначили эти знания до них донести, почему-то это не очень вдохновляет.

Коннор никогда не был похож на остальных девиантов и Маркусу предстоит узнать, почему.

Андроиды – почти люди, но "почти" не считается, ведь так? И сбой в программном обеспечении Коннора не имеет ничего общего с человеческой болезнью. Но Хэнк не согласен ни с первым, ни со вторым.

«Интересно, а Коннор может плакать?», — вдруг спросил сам себя Хэнк. И тут же сделал всё, чтобы это выяснить.

Элайджа и Гэвин Камски - братья, поддержка и опора друг другу в разных жизненных коллизиях. История о том, что такое для них семья.

На работе они неразлучный дуэт, но в дела, которыми Коннор занимается для Иерихона, Хэнк обычно не лезет. А ведь там тоже происходит немало интересного...

Чем больше думаешь о том, как стать полезным, там больше лажаешь. Хэнк жалеет о своих словах. Жалеет о том, что все сложилось так глупо. Жалеет о том, что, оказывается, до сих пор многое не знал о Конноре.

Знакомятся они, так сказать, при непредвиденных обстоятельствах - мальчишка разбивает ему окно футбольным мячом, просит не вызывать полицию, а у самого глаза на мокром месте - ну прямо расплачется вот-вот. Хэнк полицию не вызывает, только отвешивает мальчишке подзатыльник и отправляет домой, великодушно прощая. Из головы не выходит мысль о том, что мальчик слишком похож на Коула - так похож, что в грудине что-то невольно щемит.

У Хэнка есть один секрет, о котором не знает даже его напарник.

Коннора отправляют одного в командировку. Хэнк нервничает и успокоить его будет не просто.

После революции Хэнк усыновил Коннора, собрался а) в отпуск; б) унывать снова, но не тут-то было!

Хэнк подвернул ногу и вынужден некоторое время посидеть на больничном, оставив напарника без присмотра. Ничего страшного не должно случиться, Коннор уже самостоятельный и способен решить любую проблему. Ну или почти любую.