Уён не выдерживает, целует первым, запуская пальцы в отросшие чёрные с синеватым отливом волосы, и ловит себя на мысли, что вещи лучше, чем целовать Чхве Сана, пожалуй ещё не придумали.

- я тебя ненавижу - я тебя тоже ненавижу - а через неделю они начнут встречаться

— Сан, — заявляет он хриплым голосом, — твой утренний стояк упирается мне в задницу. — Так сделай с этим что-нибудь, — бросает вызов Сан, его голос звучит сонно и приглушённо. — Ха-ха, — саркастично посмеивается Уён. — Очень смешно.

I see whole world in your eyes.

- Иди в задницу! - Разве что в твою, детка, - младший бесстыже подмигивает и Сан чувствует, что уже вляпывается в какое-то дерьмо.

Отношения рушатся, как и душевное спокойствие Уена, когда он слышит знакомое имя. Он бы хотел забыть и не вспоминать, потому что уже было больно, но глупое сердце замирает, стоит только увидеть лисьи глаза в толпе.

— Я уже тебе и намекал, и напрямую говорил, что хочу тебя. — Уён-а, я же говорил… — Сан, я сегодня был у врача, и он сказал, что можно. Я знал, что ты будешь упираться, поэтому попросил врача подтвердить, что активная половая жизнь мне никак не навредит. Тут даже есть печать и подпись, — Уён тычет пальцем на строчки, и Сан бегло читает их. — Здесь чёрным по белому написано, что срок беременности позволяет тебе взять и трахнуть меня.

Уён решает побаловать Сана и закрывает свои книги, отодвигая их, чтобы он мог лечь на стол лицом к нему. Он царапает кожу его головы, чередуя нежные и слегка резкие движения таким образом, который, как он знает, превратит Сана в мягкую массу. Уён был влюблён в своего лучшего друга, долгое время совершенно не обращая внимания на то, что Сан чувствует то же самое. Взаимная тоска и бесконечные объятия сопровождаются щедрой порцией влюбленных идиотов.

Сан слишком много думает о сексе, но влюбляется в Уёна, а тот безуспешно пытается завязать с их флиртом по переписке.

сан, уён и много прикосновений.

Уён давно обнаружил, что ему нравится, как на нём сидят юбки и платья, ему нравится прихорашиваться и делать фотографии, которые он потом никуда не выкладывает, боясь осуждения. Он принял свою «странность» довольно легко, но главный вопрос заключается в том, примет ли Сан такого Уёна?

Уён расстроен. Дело в том, что прошёл почти год с тех пор, как он и Сан решились на сексуальную сторону своих отношений, но казалось, что они никуда не продвинулись. Ну, не никуда, но ванильный секс с мягкими поцелуями и нежными ласками не мог продолжаться так долго. Уён жаждал чего-то большего. И он был полон решимости получить то, что хотел.

Уён находился в прекрасном расположении духа; даже противный липкий снег, идущий стеной с самого утра, не мог омрачить предвкушение вечернего празднества, от которого внутри подрагивало сердце. Такое чувство знакомо каждому: когда вы думаете о чём-то грядущем и приятном, то вас распирает от всевозможных чувств, вы теряете контроль над собой, и ваши руки и губы дрожат, а в груди разливается тепло, словно нагретые солнечными лучами вьюнки сплетаются между рёбер.

Уён терпеть не может все эти омежьи штуки, не носит никаких украшений, коротко стрижет волосы, не использует никакой косметики, не признает цветов в одежде, кроме черного и серого, да и сама одежда такая, что там трех Уёнов спрятать можно. Так что он крайне удивлен, когда обращает на себя внимание самого популярного первокурсника-альфы.

Что делать омеге со слишком слабым феромоном? Не вступать в крепкие отношения, конечно. Но как поступить Чон Уену, если в квартиру по соседству переезжает семья Чхве с привлекательным альфой отцом-одиночкой и его очаровательным сыном, с которыми у Уена быстро складываются дружеские отношения, а затем в дело вступают чувства?