Ацуши предлагает Дазаю двойное самоубийство.

- Какая разница, еврей ты, или ариец. Мне всё равно. - Ксено бросил взгляд на военного. Он лежал, приподнявшись на локтях и курил, уставившись в пустоту. - Я хочу не твоё тело, Ксено, я хочу твоё сердце. Я хочу, чтобы ты был моим. Целиком и полностью.

Когда не знаешь, что выбрать, обычно подбрасываешь монетку. Ксено решил быть более радикальнее в вопросе о судьбе своей жизни — сыграть в смертельную игру, buckshot roulette, где выживет только один.

Война это страшно, если вам кто-то скажет обратное, плюньте ему в лицо.

В перерывах между поимкой биджу и интригами Обито обнаруживает, что у него появилось новое интересное хобби – наблюдать за людьми. Если точнее – наблюдать за Какаши. Однако соблюдение правила «Смотри, но не трогай» оказывается тяжелее, чем он думал.

Это была их очередная тренировка, но победа осталась за Обито. Во всех смыслах.

Это было странно. И волнительно. Слишком интимно, чтобы речь шла о нем и Какаши. И все же это происходило именно с ними.

пальцы обито умело нажимали на нужные клавиши, пока руки перемещались с одной октавы на другую. музыкант не использовал сложные комбинации нот, но мелодия получалась складной. она была беспорядочной, напряжённой, грубой, внушающей тревогу – обычно такую музыку используют в напряжённых моментах каких-нибудь фильмов или сериалов об убийстве, преступности и жестокости. музыка описывала с одной стороны острую опасность, а с другой – страх и панику. эта музыка была о преступнике и его жертве.