— Позови хозяина квартиры. — А? — Хата, спрашиваю, чья? Внезапно, человек напротив Ровера выпрямляется и на удивление четко произносит: — Проституток не заказывали. И захлопывает дверь прямо перед роверовским носом. Три секунды уходит на анализ сказанных слов, прежде чем до Ровера доходит. Его приняли за…э-э-э… парня легкого поведения? Пиздец. Или же AU где Скар и Ровер — соседи.

— Луна сегодня красивая, правда? Ровер насмешливо фырчит, но все же продолжает фразу. — Такая красивая, что и умереть можно. Скар тихо смеется. — Помнишь, как ты сказал мне эту фразу в первый раз? Ровер задумчиво кивает. — Да, я тогда тебе боялся верить, но все же хотел признаться. А ты ещё рот так разинул, — Ровер улыбается. Воспоминание приятно щекочется внутри. Скар тянется к его волосам и ласково треплет их. И улыбается грустно-грустно. — Отпусти меня уже наконец, Ровер.

Все в этом мире звучит неправильно: природа, животные, люди. Звуки больно бьют по ушам, впиваются тонкой иглой в виски. Это — больно. Это — страшно. Поэтому когда Ровер находит человека, рядом с которым тихо, отпускать он его не намерен.

Скар с угрозой смотрит на Камелию. — Этот парень будет моим. Камелия равнодушно переводит взгляд на него, а после зло шипит: — Девушку трогать не смей. На том и порешили. Студенческое ау.

А потом Ровер слышит треск ткани. — Ты порвал мою рубашку… — А ты сломал мне нос. Два раза! — Новую рубашку… — Он зажил. Ты сломал заново. Дважды! Ровер опасно щурит глаза. — Трижды. Скар осоловело моргает. — Что? И ему тут же прилетает по носу в третий раз.

Что ж… Если кто-нибудь поинтересуется мнением Скара на тему “Почему именно Ровер?”, он без сомнений ответит: — Вы вообще видели его зад? Или же AU, где Ровер все-таки выбирает Скара.