— Если не хочешь умереть, тебе лучше выстрелить, — голос фрица мирный, ровный, тихий в вечернем сумраке, так что Гриша едва услышал, едва смог распознать ломаную русскую речь, — дрожь в руках усилилась, сердце застучало в бешеном танце, в ушах шумело, во рту резко пересохло. /// Это сборник коротких зарисовок, не связанных между собой

Во время прибывания Пруссия и его двух городов Кенигсберга и Берлина у Ри и Санкт-Петербурга, когда все кроме Вильгельма удаляются на собрание, а он от скуки решает пойти прогуляться, и именно эта прогулка станет одним из самых неожиданных и запоминающихся событий в жизни Кенигсберга

ЮФО решили почти полным составом решили отметить новый год в Ростове-на-Дону и вот как это было (заходите в мой тгк: риналус для бедных)

Вильгельм говорит с Гришей на немецком, не зная, что Волжский его понимает. И что из этого вышло.

Он не хочет этого. Ему больно от всего того, что происходит в этой жизни. Надоело трястись, от каждого Гришиного приезда в свою квартиру. Надоело каждый раз ждать очередного гневного выпада. Он, в конце концов, тоже не до конца от войны оправился. Но кому Вильгельм нужен? В чужой стране, с чужой культурой, чужим языком и чужими людьми? Только ему. Гриша привязал Вильгельма к себе, и он прекрасно знает, что Вильгельм любит, а значит, никуда не денется. Идеальная цепь.

Волжский довольно долго думал, что мог не так написать, много раз перебирал уже заученное письмо в голове в поисках проблемы, однако утро 22 июня 1941 года всё довольно ясно и доходчиво разъяснило. Что ж, война, так война, мой дорогой предатель...

С аукциона Сета забирает не Грек.

— Желание? — фальшиво удивляется Даби, вскидывая брови вверх. — Тогда выполни моё в ответ.

Даби сидит в тюрьме Тартар. Он принял участие в шоу "Заключённый и надзиратель", где исполнил роль заключённого. А надзирателя ему выдали такого, которого он и хотел. Вместе они выполняли задания ведущих и даже друг друга