Эти двое странно ведут себя в последнее время. Неужто их сотрудничество привело к заговору против Царицы? Чайлд Тарталья решительно настроен узнать что они скрывают.

Если бы Томе понадобилось описать своего господина одним словом, то это слово — невыносимый.

Коля стоял перед Сашей, смущённо опустив взгляд в пол. Полумрак покоев Романова скрывал его покрасневшие щёки. Ему с трудом верилось, что всё происходящее является не сном и не его больной фантазией. Но всё ощущалось слишком реально.

— Чего? У меня что-то на носу? — удивленно спрашивает Чайльд, тут же потирая нос снова, и сводит взгляд к кончику носа, будто пытаясь разглядеть, есть ли на нем что-то, отчего начинает выглядеть еще более глупо, чем обычно. — Какой же ты дурак, — Скарамучча качает головой, усмехаясь, и уводит взгляд в сторону. Не сказать же, что на него хотелось смотреть просто так.

Темные вечера понедельника всегда выходили слишком сложными. Всего, чего хотелось- заснуть на ближайшие несколько дней. Но поспать не получается, особенно если предложение соседа по квартире оказывается весьма интересным.

Скара был лучиком в жизни всех. Он светился изнутри, неосознанно передавая свою радость другим. Тарталья полюбил его таким. Но бывают периоды, когда даже самому яркому солнцу приходится перестать светить. Взойдет ли Солнце снова?

как же давно куникудзуши мечтал об этом. грезил перед сном, не в силах совладать со своими фантазиями, которые уже чуть ли не снились ему. благо, самый заботливый, добрый и преданный друг аякс всегда поможет.

Лиловые глаза сквозь пелену слез смотрят действительно гневно, но это лишь сильнее распаляет желание Аякса. Он с издевательской усмешкой смотрит на то, как Скарамучча пытается отползти от него. — Какая поза у тебя там была изображена, не подскажешь? — Тарталья с нежностью ведёт пальцами по голым ногам студента вверх до бёдер и спускается обратно, хватая за щиколотки и подтягивая того к самому краю, — Такая, да?

Скарамуччу ненавидит почти весь их поток за омерзительный характер, а Альбедо, вдобавок к вагону его проблем, приходится с этим «ублюдком с театрального» жить вместе. Зато он получает ценное знание о том, что доверять никому нельзя.

В тот день он сразу понял, что к нему снова заявился не Второй Предвестник, а всего лишь очередная копия. Панталоне внимательно вгляделся в лицо собеседника, и по спине невольно пробежала дрожь. Нет, не от страха перед могуществом. Эффект зловещей долины. Когда смотришь на то, что должно быть живым, но чётко видишь — подделка.

Дотторе хотел насладиться вечером в одиночестве, но Панталоне опять взвился из-за своих финансов и помешал. Тогда Доктору пришла Идея, и он не отказал себе в эксперименте…

— Господин Флинс, Вы... – юноша приложил кулак груди, выступая правой ногой вперед, – мне нравитесь.

Некоторые маги считают, что проклятия - не самое страшное, с чем можно столкнуться. Траур, потеря близких, школьный буллинг, неразделенная любовь высасывают жизненные силы похлеще каких-то несуразных существ. Но все же при столкновении с ними не желательно находиться с теми людьми, от которых вы что-то скрываете. Мало ли, что может произойти.

Один летний вечер, одна комната, один невозможный разговор. И двое, которые уже никогда не станут прежними.

Варку выводила из себя бумажная работа в штабе Ордо Фавониус и выходки Лоэна каждый архонтов день. Однако напрягало, пожалуй, даже не это, а тот факт, что в последнее время у жителей Мондштадта и рыцарей всё реже случались стычки с Лоэном. Варка догадывался: это затишье перед бурей. Этот бесёныш точно что-то задумал.