Вокс знает 40 видов улыбок Аластора. С кровожадной, вежливой, насмешливой и издевательской он встречается на поле боя. Спокойную и будничную слышит в интонации радиоэфира. Но может ли она быть другой: растерянной, смущенной, искренней?..

— Блядская птица, — ругается парень, утягивая всхлипывающего подростка на край стола. Даби мнет загорелые ляжки, по-звериному рыча, вбиваясь в тело стажера все сильнее. — Видели бы тебя сейчас твои учителя из UA. Интересно, что бы они сказали, узнав, что большую часть стажировки ты скакал на члене героя номер пять? — бедра Тодороки замирают, его лицо оказывается всего в нескольких миллиметрах от лица Кейго. — Что ты скажешь в свое оправдание, Ястреб? — Еще, — жалобно щебечет блондин.

Лололошка на сей раз понимает, что щас будет что-то очень серьёзное и пытается достать оружие из инвентаря, но находит, что он совершенно пуст. Этой секунды хватило Люциусу, чтобы зайти из-за спины и оттягивая ворот банданы, высовывает длинный, змеиный язык, начинает предупреждающее вылизывать шею. -Ну согласиись~-

Плевать он хотел на нежности

Да, это унизительно просить о таком, но он уже в полном отчаянии.

— А чего ты хочешь? — Хайтани неспешно ведет ногой чуть выше, проезжаясь коленной чашечкой по напряженным мышцам, внимательно вглядывается в лицо партнера, словно изучает. Смахивает пряди, лезущие обоим в глаза, и прижимает ладонь к раскрасневшейся щеке. — Кончить хочу, — бурчит Харучие, всячески избегая зрительного контакта. — Хорошо, — кивает Ран и снова «зависает», впрочем тут же отходя. — Одно маленькое условие, прежде чем ты начнешь выстанывать мое имя без остановки, идет?

Я слышу его уже давно. Стоить лишь заснуть, как его голос вновь звучит в тёмноте вокруг.

Ненавижу его огромные крылья, и чёртову ухмылку. Каждый раз, когда я засыпаю, так и вижу, как душу его шею и бью его по лицу. Жаль конечно, что он слишком высокий, чтобы я бил его по лицу стоя. Хотя…это не особо важный критерий. Я был бы рад ударить его в любое место, лишь бы он почувствовал то же, что и я.

Джодах дебил

– остынь приятель – начал ангел смерти, не спеша подходя к Люциусу – мне нужно с тобой, кое о чем поговорить Впервые встречаясь с чем-то подобным казалось обычного смертного, хоть и по рассказам крутого мага, Люциус занервничал, чтоб его, да удержали каким-то глупым заклинанием! А какой позор! Единственный, кто может его сдерживать, это отец и его подобные, но никак ни какой-то петух! – я не собираюсь с тобой ни о чем говорить! Отвали придурок – огрызался король ада, не показывая своего страха

"Хантер, ты не мог бы мне объяснить, пожалуйста: ты плачешь, потому что я назвал тебя шлюхой и тебе не понравилось?" — "Вообще-то...понравилось...но разве это не плохо?" На протяжении всего PWP Дариус манипулирует Хантером, а Хантер открывает для себя не только мир секса, но и свой фетиш на унижения.

"Дариус, он..." — Хантер запнулся. — "Он делает со мной вещи, к-которые я н-не хочу, чтобы он делал...целует, трогает...". "Хантер," — ответил Белос, — "Дариус - очень важная часть нашего плана. И когда он скучает, то становится невыносимым. Ковену во благо, когда он...занят. Было бы не мудро ему...отказывать." Хантер замер. Что?

–я вам обещаю,мы будем любоваться этим закатом снова..вместе –чего.

Последнюю неделю отношения Дилана и Ричарда были натянуты. Общение со стороны Ричарда с Тимом, а Дилан в свою очередь проводит практически все свободное время у них в хаусе, и в частности с Брай. Именно в последние дни между ними особенно накалилась. Дилан все чаще стал подкалывать Трумана, а Ричард не всегда мог отвечать на колкости. Апогеем стал пятничный обед в столовой коттеджа.

Один из детей рассказал, что часто видет, как его родители целовались, потому что они любят друг друга. И тут Мири задумалась, а когда целовались её папы и почему она этого не видела?