Джейс, панически боящийся котят, и котомама-Виктор.

- Хорошо… Пройдёшься со мной до дома? Ничего что молоко остыло. Джейс сделает утром новое.

Виктор убегает от воспоминаний об одинокой жизни, но Джейс даёт понять, что будет рядом не смотря ни на что.

Очерк 27: Джейс и Виктор оказались заперты с лаборатории на ночь.

Джейс физически силен, и иногда, забывая это, он делает Виктору больно. Но только не сегодня.

чуть более хрупкий

Джейс целовал худую спину, смотрел на россыпь родинок, кончиком языка щекотно соединял их в созвездия.

Медленно, миллиметровыми шажками, но они продвигаются вперед; и так же медленно, по капле, по мельчайшей песчинке, тает Виктор. Несколько месяцев (полгода, быть может?) прошло с начала их партнерства – с того момента, как тогда только ассистент декана остановил его от безрассудного желания положить конец всему, и с каждым днем Джейс видел, как сильнее впадают скулы Виктора. Он уже не всегда понимал, решительный ли блеск чужих глаз, или же болезненный.

Жажда прикосновений — главнейшее из всех основных желаний.

Очевидно, что они — надзиратели — хотят уничтожить все воспоминания о Викторе. Очевидно, что у них ненормальная реакция на обычные слова. И очевидно, что Джейс слишком упрям, чтобы перестать говорить их вслух. События происходят после финала первого сезона «Arcane». В этой версии, Ноксус — худшее место, где мог оказаться Джейс.

Джейс не мог уснуть. С того самого момента, как это случилось, он просыпался из-за пропитанных кровью, страхом и сожалением кошмаров. И все же именно страх удерживал его от стука в дверь. От того, чтобы сделать что-то большее, чем просто задержаться босоногим призраком у двери партнера.

У Виктора никогда не было того, чем так щедро делился Джейс, — нежных прикосновений к руке, крепких рукопожатий, теплых объятий с близкими друзьями и семьей. Его взгляд задерживался на руках Джейса каждый раз, когда тот прикасался к кому-то. Виктор отвлекался, погружаясь в мечты о том, каково это — чувствовать, как руки Джейса обнимают его, согревая и защищая.