Сразу после того как Вэй Усянь представился омегой, ему никогда не разрешалось поддаваться своим инстинктам без сурового наказания. Лань Ванцзи заботится о том, чтобы все изменилось к лучшему.

Лань Цзинъи привык быть один. Он был ещё совсем ребёнком, когда потерял семью, и тогда его семьёй стал Лань Сычжуй. А теперь у его лучшего друга и почти брата появилась своя семья, которая очень его любит, а Цзинъи... Цзинъи все ещё один.

Вэй Усянь Цзян Чэну не брат и никогда им не был. Они знакомы только потому, что оба — избранники братьев Лань, а значит, иногда встречаются на семейных обедах, выпивают по пятницам в баре, и рубятся в видеоигры на выходных. Вэй Усянь Цзян Чэну не брат, и потому Ваньинь не знает, как и чем жил этот парень с громким смехом и грустными глазами до свадьбы с Лань Ванцзи. Вэй Усянь Цзян Чэну не брат, но хочется верить, что однажды им станет.

Это. Всё это. Всё это происходит только потому, что Лань Ванцзи стоит спиной к проклинающему Цзиню, а Вэй Усянь его спасает.

Вэй Ин резко обернулся и застыл, во все глаза смотря на потрясающе красивого альфу в свете луны. Прохладный ветер трепал длинные прямые волосы и доносил до Вэй Усяня сильный запах сандалового дерева, запах сильного альфы, что смотрел на него с холодом в янтарных глазах. Внутренняя омега Вэй Ина почти заскулила от удовлетворения. И судя потому, как расширились янтарные глаза, его также почуяли.

– Как думаешь, с кем ты помолвлен? – спросил Вэй Усянь, развалившись перед Лань Ванцзи, поджавшим губы от этого вопроса. Он не должен был валяться так, ведь они были в библиотеке, и Лань Ванцзи занимался, но он ничего не мог с собой поделать. Он всегда любил развалиться с комфортом. – Я не думаю, что это важно, – ответил Лань Ванцзи, даже не оторвавшись от книги. – Как так? – Вэй Усянь даже сел. – Как ты можешь так говорить? Конечно, это важно! Ведь с этим человеком ты проведёшь всю жизнь!

Всё изменяется в тот момент, когда на пороге их общего дома появляется заплаканный и дрожащий от холода Вэй Ин, с глухим всхлипом просящий денег на аборт.

Вэй Ин мягко вывернулся из его хватки и развернулся спиной, готовый уйти. Отчаяние захлестнуло волной, и А-Юань протянул руку, хватаясь за чужую ленту. Та легко соскользнула с волос, ничем боле не удерживаемая.

AU, в котором много повседневности, раскрытия чувств и милоты. Ответственный староста Лань Ванцзи замечает, что Вэй Усянь начал пропускать занятия в университете и плохо выглядит. Лань Чжань начинает выяснять, что же произошло... И обнаруживает у того ребёнка.

"Он не двигался, словно статуя, выточенная из льда и нефрита. От него веяло холодом, строгостью и непоколебимостью. А ещё силой, да такой, с которой едва ли мог сравниться кто-то из присутствующих, разве что Вэй Ин."

— Вэй Ин! — в сумраке вечернего воздуха застыл крик. В нос ударил резкий запах крови, и багряные капли оросили нагретый на солнце песок. Мужчина в черных одеждах рухнул на колени, красная лента в его волосах медленно качнулась от ветра, стеклянный взгляд пытался сфокусироваться на белом пятне, медленно приближавшемся к нему. Холодные пальцы дрогнули, выпустив на землю черную флейту с красной кисточкой.

Омегаверс!АУ, в котором вторичный пол проявляется в 15-17 лет. Вэй Усянь был уверен в том, что станет альфой, но в один ужасный день понял, что никогда так не ошибался. Он — омега! Но за первой неудачей идёт вторая: Лань Ванцзи отказывается иметь с Вэй Усянем какие-либо отношения. Цзян Чену, как будущему главе клана, нужно найти пару, однако ему, как и брату, не удаётся наладить личную жизнь. Не Хуайсану не до любви: он пытается найти того, кто стремится отнять жизни дорогих ему людей

- Просто останься. Тебе не надо говорить про то, где я напортачил, можешь даже меня не прощать. Не уходи, пока все еще сердит, - он сглотнул и признался, - Не знаю, когда мы увидимся вновь. Я не могу позволить тебе вспоминать меня со словами: «Да пошел этот парень…» - Вэй Ин, - произнес ошеломленный Лань Ванцзы. - Я не виню тебя ни в чем, - настаивал Вэй Усянь, - Я с чисто практической точки зрения. Когда все это закончится, мне бы хотелось, чтобы ты думал обо мне по-хорошему, Хан Гуан Цзюнь.

В тёмной и сырой сверх меры темнице сидит человек, укрытый чёрными одеяниями. Он сливается с тенями, но лишь белая кожа и алая лента выделяются в темноте. Свеча уже давно потухла. Другую просто не зажгли. Комната темницы облеплена сотнями талисманов, который не распространяют и тусклого свечения. Лишь на входе висит талисман, который мерно пульсирует красным цветом, демонстрируя чужое сердцебиение. Человек неподвижен.

Вэй Ин в растерянности, в смятениях. На сердце лёг тяжкий груз чужих слов. Полноценно ли счастье Лань Ван Цзи, когда он с ним?

Лань Сичень приходит в цзинши, позвать брата со своим супругом на важный совет. Но он совершенно не подозревает о том, на чем их прервал.

Всё начинается и заканчивается семьей. На обратном пути с ночной охоты с молодыми адептами Вэй Усянь обнаруживает единственное, к чему его сердце всё ещё питало слабость. №1 Family (is everything)

Лань Цижэнь никогда не хотел становиться политиком или главой Ордена. Эта роль предназначалась его брату. Его же интересами всегда были академические занятия и обучение следующего поколения. Как мог Цижэнь надеяться повлиять на неразбериху политических маневров и агрессии, которая была неизбежна? И он решил, что необходимо сосредоточиться только на тех событиях, что больше всего повлияли на его семью. Или Лань Цижэнь путешествует в прошлое и пытается исправить будущее.

— Все хорошо, Хо. — Тихо начинает Хенджин, — Просто подумал о нашем малыше и растрогался, ты же знаешь меня. Вранье убедительными предложениями слетает с губ…

В юном возрасте Вэй Ина избили и осквернили. Спустя несколько лет после свадьбы Лань Чжаня и Вэй Ина, Лань Чжань узнает ужасную вещь. Он не знает как сообщить об этом супругу, помня, что в юности тот чуть не наложил на себя руки...