"— Я не могу спать, - ответил он спустя некоторое время. – Совсем. Как только я расслабляюсь, в моей голове… Я начинаю представлять все те ужасы, которые мы пережили за последнее время. — Могу я предложить тебе один способ, которому я научился в Дозоре? – спросил Эммрих. – Он абсолютно безболезненный, обещаю. — И что это? — Одно заклинание. Его используют, чтобы облегчить боль умирающим..."

Руку стоило больших усилий застать Эммрика одного, ну или с Манфредом. Манфред точно не претендовал на его сердце, скорее уже занял там довольно большую часть и спокойно отдыхал, умилительно шипя. Или ревность и ее последствия.

Их близость больше не могла быть отложена, ведь уже завтра они могли потерять все. Или нежности в одном каменном гробу.

Партнеры познают друг друга в комфортной обстановке, после того, как жизнь начала возвращаться в привычное русло.

Рук замечает нечто, что ему хочется исследовать в Эммрике.

Полуденный зной Портового Города никого не оставил к себе равнодушным, особенно, когда рядом с тобой твой возлюбленный морталитаси с соблазнительно влажной кожей.

Если Рук соберется в поход вместе с Эммриком и Хардинг, а после ужина они останутся наедине.

Добрый профессор Эммрик помогает своей подопечной и сам попадает под действие чего-то слишком мощного. Или как Рук навещал своего возлюбленного в Некрополе. Очень не зря.

Хоук остался в Тени. Фенрис отправляется на его поиски. Он идет не один.

Рук без ума от своего преподавателя по практической некромантии Эммрика Волькарина. Он готов отдать ему что угодно — и когда угодно. Но когда судьба сводит их на одном заднем сиденье автобуса, в обстановке, где нельзя ни пошевелиться, ни застонать— сдержанность перестаёт быть добродетелью. Они стараются быть тихими. Но тишина становится слишком горячей. Их чувства — почти громкими.

Неужели настоящая любовь переживается именно так?

Рук отскочил в сторону, мельком бросив на него взгляд. Короткий кивок — благодарность, признание, связь — и он уже бросился в новую атаку. Облегчение почти сразу сменилось страхом, глухо колотящим в висках, когда после кивка его ноги едва заметно утратили устойчивость. Совсем чуть-чуть — настолько, что, не знай он всех тонкостей, даже сам Эммрик мог бы не заметить этого. Это явно не от истощения, — тревожной вспышкой пронеслось в голове.