Свонси ни разу не зарекомендовал себя сочувствующим человеком. Ни до, ни после аварии, если уж на то пошло - и то, как сжимается сердце при виде обрубка их бывшего капитана, заставляет его чувствовать себя как минимум неуютно.

...был найден повреждённый корабль, дрейфующий в космосе, с четырьмя трупами внутри и одним живым изуродованным человеком в криокамере. Кёрли вылечился. Но не морально.

Судьба спасла их от гибели, но настоящая битва начинается на земле. Ведь затишье после шторма — это тоже путь. И пройти его должен каждый.(Fate saved them from destruction, but the real battle begins on land. After all, the calm after the storm is a journey too — and everyone must go through it.)

Свонси починил все четыре криокапсулы. Теперь экипажу предстоит решить, кто из них оказался лишним.

Свонси беззлобно обращается «ты, сопляк» к Дайске, сочувствующе говорит на ты с Аней, пренебрежительно кидает «эй ты, капитан» Джимми и по старой привычке обращается на Вы к Кёрли.

—Кëрли, мы... — нет, нет, нет. Он не Кëрли, не называйте его так. Кëрли — хороший, идеальный капитан, который всё держал под контролем. Он сгинул там, в космосе, во время столкновения. Капитан Кëрли умер героем. — можно мы к тебе зайдем? //AU: все выжили и дождались помощи.

«Я прошу прощения. Слышите? Я извиняюсь, я проебался. Конкретно так проебался. Я проебался, когда трахнул эту Аню, я проебался, когда пошел в академию, я проебался, пичкая тебя этими блядскими таблетками и пытаясь отомстить за то, что я — не ты.» — кривым, некрасивым почерком выведено на смятой бумаге. Буквы уехали куда-то вниз, а вместо точки в конце стояла жирная клякса. Джимми сжимал в руках текущую ручку, но вместо чернил видел сочащуюся на простынь койки сукровицу.

Так вот, каково это? Быть абсолютно беспомощным и бесполезным. Лишь обузой для всего остального экипажа. Быть тем, на кого некогда смотрели с восхищением и уважением, а отныне лишь с дикой жалостью и проступающими слезами на глазах.

Силы всей команды верить в лучшее на исходе, но экс-Капитану знать об этом не обязательно. Аня делает всё для того, чтобы хотя бы Кёрли лишний раз не волновался из-за проблем, происходящих на борту "Тулпара".

Пёс приветливо машет хвостом своему хозяину. Узнает в этой возмужавшей фигуре того восьмилетнего пацана, который встретил его дома самой доброй улыбкой на свете.