Однажды они встретятся снова, но не факт. Он понял примерно пять жизней — вселенных? — назад: в их с Сугуру уравнении под названием жизнь было чересчур много переменных.

В следующий миг он снова обвивает руками шею Гето, и, спрятав лицо в изгиб между шеей и плечом, глухо выдыхает: «я так скучал». Сугуру закрывает глаза, позволяя себе отдаться ощущениям, позволяя себе вспомнить, каково это — стоять вот так и обнимать Сатору, чувствовать его тело в своих руках. Он целует его в висок, вкладывая в этот поцелуй всю свою нежность. Он тоже скучал. И будет скучать. Всю свою чертову жизнь.

Годжо балагурит, щурит хитрющие глаза, вступает в словесные перепалки, подстёгивает и подначивает, но стоит только Сугуру оказаться критически близко — и вся выверенная броня из легкомыслия и бесконечного смеха рушится, оставляя только желание касаться. Гето сдержаннее, умеет держать дистанцию, ни черта не прочтёшь по угольно-чёрным глазам, никто даже не догадается, что на его теле, под водолазками, краснеют отметинами саторовские признания в чувствах.

Красивый, — думается Сугуру, когда ладонями ведёт по чужим бледным бёдрам, задевая пальцами подол тёмно-синей теннисной юбки.

Сатору отчаянно нуждается в массаже, так к кому же лучше обратиться, как не к знаменитому массажисту Сугуру, который по счастливой случайности является его лучшим другом, в которого он влюблён уже более десяти лет?

Сатору сводит бёдра. Если он продолжит смаковать пошлые мыслишки, то у него точно встанет, но если не будет хоть как-то отвлекать себя, то снова покусает доктора. Из двух зол он выбирает первое — ему ведь нужно как-то вылечить свои дурацкие зубы.

Сборник драбблов по Сатосугам в рамках Кинктобера 2025 // Жанры и метки в примечаниях к каждой части.