Ли Минхо — зона комфорта Хан Джисона. Тот, с кем можно быть простым и открытым, тот, с кем не нужно притворяться. Эта дружба давно стала чем-то естественным и неотъемлемым для Джисона. Но неужели всего один необдуманный поступок может направить их отношения совершенно в другое русло?

— Потому что… это секрет, — Минхо вновь прошептал, а в его тихом голосе мелькнули озорные нотки. — Секрет? — Джисон не смог остановиться, прежде чем его глупые мысли были произнесены вслух. Или: Минхо имеет привычку говорить во сне, а Джисон привык к тихим словам, которые слетают с его губ поздно ночью, до тех пор, пока они не становятся о нём.

Всего год назад Минхо вытирал слёзы и обнимал трясущееся тело именно на этом самом месте. А сейчас тот же Джисон наблюдает за удаляющейся фигурой. Минхо не видно уже через десять секунд, ведь, кроны деревьев в дендрарии такие пышные, скрывающие плачущего Джисона от света фонарей главной тропы. — Не хочу, — шепчет Джисон в пустоту.

Джисон уверен, что совершил ошибку поцеловав своего лучшего друга. Минхо тоже был уверен в этом какое-то время.

Фансервис доставляет неприятности – Минхо влюбляется в Джисона.

У Джисона шестнадцать неизданных песен о любви, и все они о Минхо. Последняя – любимая.

Минхо просто слишком сильно изменился. Джисон его просто больше не узнает.

Ассистент осторожно, почти благоговейно кладёт сценарий на стол. Минхо складывает руки друг на друга, надеясь, что это скроет лёгкую дрожь в них. Его глаза пробегаю по первой странице и возвращаются к заголовку. Вот оно, чёрным по белому: «Теория Красной Нити». Он моргает. Или, Минхо уже много лет является коллегой Джисона в группе, его лучшим другом и самопровозглашённым соулмейтом — то, что он стал его партнёром по съёмочной площадке дорамы, которая неприятно напоминает BL, ничего не изменит.

После Шоу на выживание, казалось бы, можно наконец выдохнуть, ведь самое тяжелое осталось позади. Но не для Джисона. Потому что борьба с собственными чувствами куда сложнее любой работы.