Он собрал полный комплект. Он рыжий. У него двойная фамилия, у него чертовски двинутые предки. Он вылетел из олимпийского резерва; он физматовец, влюбленный в литературу; он отличник с доски почета. А еще он высокомерный подонок. И тут он встречает фрика покруче, думает: «Ну наконец-то! Родственная душа». Ну а фрик... Он покруче, и он отвечает: «Никогда ко мне больше не подходи». И секретов у него столько, что хватит на всех фриков вместе взятых, и как будто причина есть.

Умилению мам-подружек не было предела — Егорка и Андрюша, лучшие друзяшечки, и в огонь, и в воду, и в медные трубы. Не учли одно — между делом Андрюша и Егорка не упускали возможности подтолкнуть в огонь, воду и медные трубы друг друга. Ну да ладно, мальчишки же, чего с них взять?

Украшений Саша не носит, но, как помнит весь район, Сашу украшают шрамы, к зиме поселившиеся ещё и на шее. Декабрьской ночью он, потрёпанный и разорванный, вломился в дом, но не к себе, а к Роме. Говорят, следы от тающего снега мешались с кровью и в подъезде можно было по алым каплям выследить, к кому побитый пёс пришёл скулить. Рома сам хотел его убить, сам бы не глядя придушил, если бы не вид Шуры, не голос, не взгляд его.

В детстве собаку мечтал завести, но родители не разрешали. Теперь вырос и для дрессировки завёл тебя. Можешь кусаться и лаять.

Паша редко выходит куда-то из своей квартиры – разве что в магазин, банк или вместе со своим соседом похоронить его очередную золотую рыбку.

Знакомство двух парней на просторах Интернета или история о том, как случайное сообщение меняет привычную жизнь.

Гарик хочет изменить свою жизнь. Он переехал в другой район, нашел новую работу и усиленно пытается выбросить из головы свою глупую влюбленность в парня лучшего друга. От переживаний Игоря отлично отвлекает новый сосед: у Матвея пунктики на тысячу мелочей, которыми он постоянно попрекает парня. Если Игорь не научится сосуществовать с тараканами Матвея, то ему придется съехать. Или... они смогут договориться?

Дитрих и Майский – одногруппники, которых едва ли можно назвать друзьями. Майский считает, что жизнь следует прожить легко и непринужденно. Дитриху кажется, что расслабиться он сможет только в гробу и то не факт. В связи с этим, взаимоотношения между ними строятся весьма натянутые. Но жизнь – изменчивая штука. И то, что еще вчера вас раздражало, сегодня может оказаться единственно желанным.

Антон был замкнутым, слегка наивным пареньком из Нижнего Новгорода, когда в далеком две тысячи восьмом встретил в Москве больно общительного и далеко не простого Дениса. За десять лет их история, полная дружбы и вражды, любви и ненависти, зависимости и свободы, перемолола не только их самих, но и других, попавшихся под горячую руку, людей. История о взрослении с его потерями и приобретениями. История о людях, способных изменить друг друга. Вопрос один: в какую сторону?

Есть много видов любви. Любовь преодолевает всё. Врождённую патологию сознания. Социальные и гендерные предрассудки. Страх. Преступление. История двух парней, которые никогда не любили и не были любимы, пока однажды не встретиЛИСЬ холодным осенним днём в интернате номер 17.

Он мне сказал так: «Ты самый настоящий Ангел, но, кажется, ты забыл, как летать».

ПТУ!аушка, в которой Серёжа играет в сборной по волейболу, а Олег занимается боксом и ходит смотреть на тренировки волейболистов. Ещё у Серёжи есть старшая сестра, а у Олега — фетиш на бëдра, но речь не об этом, хотя...

Джейс – наивный, в чём-то даже слишком доверчивый и глупый. Узколобый, и, что невыносимо печально, упёртый. Пожалуй, такие люди должны стоять у власти – благородные, верные своим принципам, игнорирующие всевозможные правила приличия о коррупции и о том, как вообще строятся отношения. Однако вместо того, чтобы быть президентом, он выбрал стать другом, напарником, партнёром Виктора. Любовником Виктора. Главной проблемой Виктора и решением всех остальных.

Быть с Сатору очень по-особенному драгоценно, даже если Сугуру не может чувствовать яркого счастья. Он может чувствовать покой, чувствовать чужое тепло, и это приятно, что для Сугуру Сатору всегда держит поднятый белый флаг в значении «Я тебя не обижу» и «Иди на свет флага прочь от Теней». Быть же без Сатору очень страшно, и как бы Сугуру ни пытался к этому прийти, одно осознание доводит до тревожной тошноты, поэтому лучше он проснется и попытается вновь.

РФ, бандитские девяностые, герои без морали и тормозов. Не имеет отношения к предыдущим циклам. Осторожно, очень много мата, слэнга, насилия и шовинистических высказываний. Достоверность и логика сюжетных ходов - примерно как в фильмах Тарантино. Ему вообще давно пора снять что-нибудь про русских)

«Хоть бы в Гриффиндор», — прошептал Сириус распределяющей шляпе. // описание переводчицы: Сириус Блэк с первого курса и до самого конца — большая история большого пса, который вынужден бороться с идеологией кровного превосходства в своей семье и совсем-не-платоническими чувствами к Римусу Люпину, пока на магический мир надвигается война.

сигарета, фотоплёнка и пара граммов лсд.

— Извольте подвинуться, блять, уважаемый, — его тонкие и в порезах от бумаги бледные пальцы, покрасневшие на фалангах, сжимают сигарету и вынимают изо рта, а голос его хрипл и низок от многолетней пагубной привычки. — А не охуели ль Вы со своими запросами, милейший? На землю-матушку присядете — не обломитесь, — Гоголь усмехается, и по сравнению с голосом Фёдора его голос высокий и звонкий. Ему нравится дым — и чёрт с ним. Он убивал слова сначала, от него голова кругом, но Коля привык.

Дети Любви – проект, созданный государством. Для одних – это узаконенное рабство, для других – возможность выбраться в лучший мир. Из года в год богатые семьи покупали себе Детей Любви. Женя – один из участников проекта. Только вот он не собирался дарить любовь и тепло, в нем была только ненависть к тем, кто отобрал у него настоящую семью.

Сколько простых порядочных людей от души пожелали бы нам гореть в аду? Раньше это меня бы морально раздавило, а теперь не имело значения. С ума, может, сошел. Стою и курю. Делю маленький кусок пола с человеком, которому недавно боялся и слово сказать. С человеком, который заставляет меня верить, будто рядом с ним я спасен — тем больше, чем больший бардак творится кругом.