Шепот похотливого рта Шуги сводит с ума, пока его рука касается меня между ног. Обжигающий голос подтверждает знание, навечно запечатанное в моих костях: что мы, несомненно, предназначены друг для друга.

Мин Юнги, представитель класса олд мани, вынужден провести отпуск в компании Чон Хосока — того самого новичка-миллионера, которого альфа унизил в прошлом году.

Да, история не новая — быть вот настолько разными: Юнги — гоповатый парень с района, Хосок — блестящая звездочка с разноцветными ногтями. История абсолютно нормальная, уместная. Просто Юнги даже и не догадывался, что хоть кто-нибудь хоть когда-нибудь сможет увидеть его самого, а не того, кем Юнги пытается притворяться... но если ожидаешь, что кто-то разглядит тебя за внешней оболочкой, то справедливо будет и самому зайти чуточку дальше и начать видеть людей, а не свое впечатление о них.

…ведь если им вдвоем предначертана смерть, то пусть мгновения перед ней будут небольшим протестом: мы были живы. Мы чувствовали. Мы сотрясали воздух. У нас было что-то значимое. Мы обладали чем-то большим, чем пустотой.

На съёмках Хосок постоянно испытывает Юнги на прочность, но за дверьми спальни все лимиты исчерпываются.

Молодой граф Намджун Арлингтон доверяет своему давнишнему товарищу Мин Юнги очень ценный груз для перевозки из Константинополя в Лондон: своего брата.

Когда граф Юнги Лэнгли покидает Беркширские угодья и держит путь к своему лондонскому имению, он молится небесам, чтобы дорога неожиданно повернула к усадьбе его будущего супруга Хосока Ашфорда. Внезапный ливень дарит альфе вынужденную ночевку под одной крышей с омегой, чья природа откликается на притягательную близость жениха. До свадьбы дозволено немногое, но Хосок готов взять и эту малость — ведь его альфа готов утешить его в эти томные минуты.