Для посторонних Мори Ринтаро был счастливым ребёнком. [ 5 раз, когда он был «счастлив», и 1 раз, когда он не был].

Он думал, что, может быть, если он позволит фарфоровой кукле делать всё, что она хочет в течение часа, в безопасности своего дома, она перестанет рвать его кожу изнутри. Но когда он попытался освободить ту самую уродливую танцовщицу, это ничего не дало - ничего, кроме того, что он не сводил глаз со стены, всматриваясь в неё, как будто она было окном, открывающимся в загробную жизнь. // Всё не может идти по плану, или Мори пытается (вы)жить с травмой.

Ацуши просто попытается жить нормальной жизнью. И он выкинет осколки часов. Скоро. Правда. Он ведь пообещал Огай-сану.

Real!AU, в которой Мори Огаю необходимо как можно скорее найти супруга, чтобы иметь возможность усыновить ребёнка.

Порой дети вспоминают о детских обидах. Порой томик Киссинджера дарится не к месту. Порой пальто пахнет теплотой, заботой и немецкой сказкой. Порой дети задумываются, существенны ли их детские обиды.

Пока Мори куда-то бежит, Фукудзава думает о нём. Пока Огай лезет на высокое дерево, Юкичи внизу снова думает о нём.

Поход к стоматологу с подопечными Мори рассматривал не иначе, как наказание за самоуверенность. Коё ведь говорила ему о том, что быть наставником нелегко, но он лишь отмахивался.

Воспитывать мальчишек со сверхспособностями, будучи компанией отцов-одиночек, тяжело, но они искренне стараются. Юное же поколение, в свою очередь, также искренне старается (не) раскрывать тайны своих родителей.

Нацумэ Сосэки – уважаемый кот, живущий со своим котёнком Юкичи в доме учителя английского. Но сегодня им в семью придётся принять ещё кое-кого.

Когда твоего мнения не спрашивают, можно или смириться, или начать бунтовать. Мори с друзьями решается на второй вариант.

Мори знает, что Нацумэ-сенсей вряд ли оценит его очередную ночную авантюру. Да и Элис в этот раз не в восторге. Но с друзьями согласишься пойти куда угодно – хоть на край света, хоть на кладбище ночью, чтобы посмотреть, как их Ликорис будет воскрешать мёртвых.

Раскрывать преступление для Рампо – лёгкая и забавная игра. Он забывает, что играть можно только в свободное время, а иначе Фукудзава-сан будет очень недоволен.

Когда в жизни всё катится к чертям, часто хочется просто убежать. Но Мори точно знает: порой такой побег может сделать реальность ещё невыносимее. Как жаль, что его друзья не понимают этого.

В четырнадцать лет – приговор: омега. В пятнадцать лет – попытка самоубийства. В двадцать лет – встреча с истинным.

Осаму был очень собой доволен: измотанный Огай, покрытый болезненными укусами и яркими засосами, безвольной куклой лежал на смятой кровати с засохшей на внутренней стороне бёдер спермой. Дазай неторопливо оделся и, накинув на плечи бежевый плащ, вышел из номера, повесив на ручку двери табличку с просьбой не беспокоить. Он выглядел приятно уставшим, от него за километр несло сексом и терпким одеколоном Мори, но Осаму чувствовал, что это удовлетворение лишь временно, что скоро ему захочется ещё.

Почему бы не уничтожить ещё парочку нервных клеток Мори-сана?

Каждую субботу всё повторяется так, будто они оба не знают, какие страдания и чувства приносят им эти встречи, как они неблагоприятны для организаций, в которых они работают и как им тяжело уходить друг от друга каждый раз, но всё равно повторяют всё так, словно первый раз. Каждая ночь в это время недели проходит почти что одинаково, и каждое утро, на рассвете, они молча лежат и смотрят в никуда.

Мори нездоровится уже какой месяц, но на своё состояние мужчина благополучно закрывал глаза. Только вот его воспитаннику не всё равно, потому вызывается помочь, даже если столь радикальным методом... (Темная эра, Осаму актив)

На что спорим, Мори-сан?

Перебинтованная душа вгрызается в душу, что держит бинты.