Арису очень хотел подышать свежим воздухом, чтобы успокоить свои мысли, но иногда все идет не так, как хочется.

А что, если бы Чишия нашел Арису, лежащего на дороге, а не Усаги? Что если бы история могла бы развиваться совсем иным путем? Сможет ли Арису растопить ледяное сердце?

Логика Чишии была довольно простой: сократить диапазон поисков с девяносто девяти до всего четырёх десятков, убрать симметричные, круглые и простые числа, не брать в расчет варианты, содержащие цифры 3, 5 и 8, избавиться от явных ассоциаций... — Шестьдесят девять, — Чишия усмехнулся, думая, стоит ли вообще говорить хоть что-то. — Ну, тут без комментариев. Ассоциации с этим числом определённо были самыми яркими. Приятные воспоминания, совершенно неуместные во время игры.

Эти тёплые карие глаза из раза в раз вызывали на лице Чишии нежную улыбку и приятный трепет глубоко в груди.

Неудачное совпадение или удивительная случайность. Иногда обстоятельства заставляют выходить из зоны комфорта, принимая жестокие правила игры на выживание. Это может стать концом их истории, или началом новых, нестандартных отношений

Чишия не хотел это признавать, но с каждым днем Арису проникал все глубже в его сердце. Сборник объединенных общим сюжетом зарисовок о жизни Арису и компании в покинутом Токио во время первой фазы игр.

АУ, в котором есть человек разумный и другой подвид человека, с громким названием "Модифицированные"

Алиса в Пограничье, но AU с реинкарнацией.

Спустя полгода после Пограничья жизнь Чишии и Арису наладилась. Однако вскоре Арису узнает, что Чишия умеет многое, но забота о себе не входит в их число. Au, где действие происходит после "После конца", но может быть прочитано самостоятельно, если вам просто нужен Чирису после Пограничья без этого контекста.

AU, где Чишия, будучи слепо влюбленным в Арису, загадочно вернулся в прошлое и захотел исправить события Пляжа.

«Извиниться? Я не злюсь, что ты..!»

— Шун, как спортсменам достать игральный шар без извлечения трёхметровой трубы из-под земли? — Арису спросил невинно, закрыв глаза.

Если ты в чем-то и уверена в этом разрушающемся антиутопическом мире Пограничья, так это в том, что тебе так или иначе нужен Чишия. Ты просто не уверена, что именно он хочет от тебя.

Руки Чишии замерли. «Тогда скажи мне, — начал он, — какой смысл ты могла бы найти в книгах, что не можешь найти здесь? Каждая игра, в которую ты играешь, подталкивает тебя к выживанию. В жизни нет большего смысла, — он замолчал, холодно глядя мне в глаза. — Когда ты применила мой шокер к водящей… когда она умерла просто потому, что ты выжила… Где тогда были твои книги?»

«Знаешь, Одиссею сказали воткнуть весло в землю, чтобы он смог наконец прекратить скитания и вернуться домой к Пенелопе. Похоже, дом сейчас весьма далек... но в то же время, думаю, я уже нашла его».

Игры червей не только играют с человеческими сердцами, но и способствуют тому, чтобы скрытые желания, о которых вы могли даже не подозревать, вылезли наружу.

Рехэй облизнул пересохшие губы и уже позабыв о ране на плече, опустил покрытую липкой кровью руку. — Я ищу лучшее в людях. И не собираюсь корить себя из-за этого. Не всем же быть такими, как ты. — Ну-ка? – Чишия усмехнулся и, приблизившись к его лицу, спросил. — Это каким же? — Расчетливым и незнающим цену человеческой жизни. Для тебя это просто разменные монеты.

Что, если бы Чишия нажал на кнопку вместе с Арису во время игры в салки, и в результате был тем, кто нашел его после смерти Карубе и Чоты? Алиса в Пограничье, но Чишия и Усаги меняются ролями, почему бы и нет.

Арису — художник, о дальтонизме которого никто не знает. Его тревожное расстройство и постоянное беспокойство заставляют его бояться, что люди отвернутся от него, если узнают о его особенностях. Друзья убеждают его пойти на терапию, но кто же знал, что ему попадется терапевт, который флиртует с клиентами — или, по крайней мере, с теми, кого находит интересными?

— Отпусти, – попросил Рехэй слабым и срывающимся на дрожь голосом. Снисходительно улыбнувшись, Чишия спросил: — Точно хочешь, чтобы я это сделал? Ничего не ответив, он отрицательно мотнул головой. — Скажи, – протянул Чишия таким тоном, что Арису не мог ему отказать. — Не отпускай меня.