Издеваться над Мён-ги становилось все более скучно, пока Танос не решил насильно заставить того принять одну из своих таблеток. Он и не думал, что это поможет так легко завладеть телом, разумом и волей "непрошибаемого" Мён-ги

Привычка анализировать людей у Мёнги появилась ещё в детстве. Что тогда, что сейчас он считал, что люди примитивны и их с лёгкостью можно описать всего тремя словами. Сумасброд, садист и суицидник — Мёнги ни секунды не сомневался в выбранных им характеристиках. Танос подходил под них идеально. С другой стороны, кто из них сейчас не был суицидником?

Тишина была мертвой, лишь слышно какие-то фоновые звуки, которые сразу же растворялись в потоке мыслей парня. Он бы мог так и дальше оставаться, если бы его не вывели из такого состояния чужим тихим окликом

— Твоя жизнь - моя, - он звучал не угрожающе, а довольно спокойно в такой-то ситуации. Будто констатировал факт.

– Вот ублюдок, хотел по-тихому загасить меня? I'II fucking kill you. - Танос поджимает губы, отбрасывая столовый прибор куда-то в сторону, и перекидывает своего противника таким образом, что тот уже оказывается вновь прижат к стене, а уже через пять секунд и внутри кабинки туалета. Один на один.

Будь проклят тот день, когда он решил заняться инвестициями. Будь проклят тот день, когда он завел канал на Youtube. Будь проклят тот день, когда он потерял все и в отчаянии добровольно шагнул в этот Ад. И будь проклят тот день, который привел к тому, что длинные сучьи пальцы репера-недоумка вцепились в его шею мёртвой хваткой, не давая сделать даже самого крошечного вдоха. Будь проклято все, особенно он сам, с головой утонувший в ощущении недостатка кислорода.

Толкают. Толкают грубо. Это неприятно. Это унизительно. Так не должны толкать.

Он не считал себя психом, нет, да и кто ж его знает, какая истинная сущность прячется в его душе. Но каждый раз, конечно, доминирует лишь наркота. Перед тем, как проучить своего ненавистного обманщика, он решил не закидываться, чтобы запомнить каждую деталь или по крайней мере постараться.

— Вижу, ты все таки сидишь на успокоительных

Не просьба, а приказ. Но вместо повиновения – плотно сомкнутые губы и пистолет, который плавно углубляется в ротовую полость, а затем – невинные глаза и ниточка слюны.

— Вы задаете слишком много глупых вопросов, — мужчина цепляется за ремень и расстегивает, будто делает что-то совершенно обыденное. Как будто не сидит в ногах у полицейского и не собирается ему отсосать. — В нашей Игре такое не любят. Он такой идиот. Он просто идиот. Пистолет все еще в руке. Есть еще шанс застрелиться.

Попытка восстания Ки Хуна провалилась, но теперь он, наконец, получает возможность встретиться с Ведущим, который предлагает ему ещё одну, последнюю Игру. Но у Ин Хо на него совершенно иные планы, и теперь Ки Хун становится игрушкой в его руках, вынужденный понести наказание за свою чрезмерную самонадеянность.

Вербовщику повезло. Пуля прошла мимо и не задела жизненно важных органов. Джунхо готов пойти на все ради информации. Вербовщик готов на все ради игры.