Весь как будто из углов, с осанкой идеально прямой и огнем, притаившимся на дне не по годам задумчивых глаз, он вызывал у Сукуны бешеное чувство гордости, почти иррациональное. Будто сам родил, вскормил и воспитал, но на деле Мегуми был тем самым Мегуми – он понял это при первой же встрече - еще задолго до его появления. При нем он только огранился, и то, какую роль сыграл в этом сам Сукуна, лучше всего умеющий лишь разрушать, сказать сложно. Повезло, что алмазы невероятно крепки.

– итадори, какого чёрта ты тут забыл. со стороны двери послышался обиженный хмык и в темноте всего на мгновение показалась пара красных глаз и привычная самодовольная ухмылка. маг только сильнее хмурит брови, когда понимает, что перед ним вместо итадори сейчас король проклятий.

Годжо бесится, что Мегуми давно вырос.

Я степенно начал терять смысл, когда ждал Вашей похвалы. А её никогда не было и никогда не будет. Знаю, глупо требовать такое от кардинального зла. Знаю, глупо…

Ты - господин моего сердца.

Блэкхэт, имея при себе власть и возможность, что его работники не в силах ему отказать, решает воспользоваться своим положением и вместе с Флюгом отправляется в метро в час-пик.

Давайте поиграем, доктор...

Пусть победу укажет вам диск алого Солнца.