С той поры они сблизились еще больше, пусть работа Чуи и отошла на задний план. Но теперь Акутагава спешил домой, потому что его ждали, а Накахара делал все, чтобы их общие часы давали возможность насладиться воссоединением и отдохнуть от нагрузок. Они были открыты нараспашку друг для друга, хотя и не понимали, что видят в чужой душе — тело было честнее, сердце было правдивей, и эта связь их устраивала, служа мостом все то время, пока они привыкали, учились жить и доверять друг другу.

Оставь свою душевную боль в прошлом, избавься от неё. Это лишь один из результатов сегодняшнего дня. Лучше быть охотником, чем добычей, И стоя на краю, посмотри в лицо невзгодам, ведь ты рожден для этого. Твое каменное сердце бьется. /После побега Дазая, Чуя становится семпаем Акутагавы/

Акутагава пытается выбрать подарок для Чуи, но Дазай решает помочь.

Акутагава Рюноске — воспитанник Дазая, напомнил себе Чуя, точно проверяя, сможет ли возненавидеть его за это.

Шрамы души и тела. Некоторые можно вылечить, а некоторые нужно вырезать с корнем.

Его слишком тянуло к Акутагаве. Хотелось стать кем-то особенным для него. Чуя и сам не понимал зачем. Почему ему нужен именно он. Жестокий, не знающий жалости убийца. Погрязший во тьме и сожалениях человек. Ранимый мальчишка, чья душа была покрыта гораздо большим количеством шрамов, нежели тело. Сочетание несочетаемого.

Рюноске любит инжир, чай, живопись, древнюю каллиграфию и Чую Накахару. Особенно Чую Накахару. И понимает, что если не говорить о своих чувствах Накахаре, то тот в один момент, рано или поздно, может решить, что его не любят и уйти от него. Но как это делать, если для него это непривычно и сложно? Поэтому на столе исполнителя мафии все чаще и чаще стали появляться короткие письма, написанные аккуратным каллиграфическим почерком.

Сближение с Акутагавой казалось Чуе невозможным и непостижимым. Но только до определённого события.

Рюноске получает нечто большее, чем какая-то похвала от Дазай-сана.