О (не)абсолютной судьбе.

«Прости меня», — гласит надпись на запястье Архивиста, написанная тонким, изящным курсивом. // Соулмейт-AU, в которой у одного соулмейта появляются все повреждения, которые наносит сам себе другой, случайно или намеренно; также на теле первого написаны последние слова, которые скажет ему второй, и наоборот. // «Любовь сильнее смерти?..»

Однажды Ной поинтересовался: почему же Ванитас не носит пальто по фигуре?

Человеческие взаимоотношения - сложная вещь. Люди хотят, чтобы отношения были безопасными, однако также хотят сохранить свою независимость.Но многие желания разбиваются о куда более сложно устроенную действительность. "Я хочу убежать ото всех. Спрятаться, но при этом жить свободно, так как хочу я. Я хочу одиночества. Но я предлагаю тебе разделить его со мной. Ты дорог мне." В этом моменте было что-то хрупкое, в этом томящем пространстве застывшего времени.

Сравниваем прошлое Ванитаса и Астольфо и смотрим, почему их жизненные позиции сложились так, как в каноне.

Он не понравился мне сразу. Вероятно, потому что сложно испытывать симпатию к тому, кто, словно крыса, роется в погребе твоего особняка. Потом, любуясь сиянием звёзд и луны, держа его руку в своей, я понял, что влюбился. А он сбежал от меня. Но это не значит, что я не отыщу тебя вновь, Ванитас.

Сборник драбблов к неделе ВанНоев (22.04 – 28.04). | https://vk.com/wall-105266629_52447

«Антропометрические данные. Возраст: 17 лет. Рост: 176 см. Масса тела: 51 кг. Динамика состояния: осмотрен в пределах палаты, посещает процедуры, следует рекомендациям, в беседы вступает охотно. В психическом статусе нет существенных изменений. Патологий не выявлено. Настроение хорошее, эмоциональный фон стабилен. Отмечается улучшенное самочувствие…» «4 вызова скорой. 4 попытки покончить с собой» Ной, пока читал его медкарту, чуть не сошёл с ума.

Ной прибывает в центральный штаб с сопроводительным письмом одного из самых уважаемых алхимиков страны, и с первого дня перед ним открываются блестящие карьерные перспективы. Только он не хочет всю жизнь прятаться за штанину учителя. А ещё его сердце отчего-то стучит чаще при виде напарника. Попытавшись сблизиться с ним, Ной запутывается в тайнах окружающих его людей и своих собственных.

Ванитас влетает в ресторан с грацией пьяного, сталкивается плечом с вешалкой для пальто и чувствует болезненный тычок книгой прямо под ребра, и потому не может дышать при первой встрече со светловолосым вампиром.

«Мой милый Ной, тебе нужно отыскать известного в узких кругах информатора и распространителя» — так звучали слова, перевернувшие жизнь юного вампира.

Ванитас любил считать себя человеком практичным. Ему нравилось думать, что он довольно ловко справляется с неожиданными ситуациями, что способен адекватно реагировать на любые сюрпризы, возникающие на его пути. Он верил в это долгое время — вплоть до этого самого момента, когда сидел неподвижно на своём привычном месте на крыше, и щека всё ещё горела, несмотря на холод. Горела там, куда его поцеловал Ной.