— Так… почему Винсент? — негромко спрашивает он, но в ответ получает негромкий храп. — Блять, — вздыхает Чонгук, откинув голову на спинку сиденья и прикрыв глаза.

— Я сомневаюсь, что в этом мире есть хоть что-то, что заставит меня полюбить байки, — Чонгук фыркнул и, развернувшись, ушел в кабинет. — Может быть, кто-то заставит, — Чимин бросил эту фразу, не особо думая над ней. Гук подросток, увлекающийся флористикой, читающий романы и мечтающий о красивой любви. А Тэхен байкер, которому пришлось полюбить цветы.

Чёртов Чон Чонгук — гомофоб, редкостный мудак и уже бывший начальник Ким Тэхёна, теряет память... А месть — штука сладкая. Не так ли? За всё нужно платить в этой жизни, Чон Чонгук...

Чон Чонгук искренне ненавидит ведьму Ким Тэхёна и всеми силами демонстрирует это. А Тэхён терпит. До определенного момента... Почему не стоит злить ведьму, или история о том, как Чонгук то и дело кончал в штаны.

Что будет, если неуступающие пусанские парни встретят на одной территории школы сбежавших за мечтой парней из Дэгу? — Вы в нашем городе, а значит, следуете нашим правилам. — Тогда советую отсосать нам в честь нашего приезда, иначе я не разрешу сплёвывать.

... — Пришел Чонгук, сцапал меня из клуба, заявил, что увезет в Ад, а потом добавил, что, мол, на трон посадит. А то, что у меня до всего этого была своя жизнь, вы как-то не учли? Меня, знаете ли, вполне и здесь все устраивает! Но понабежали: ангелы, демоны, суккуб вон с ищейкой для комплекта. Одни убить хотят, другие спасают... Или история о том, как Тэхёна в Ад везли.

Тэхен больше не может жить среди людей и бежит вперёд, вот только в лесах ему тоже не рады. Оборотень!AU. Тэхен случайно оказывается на территории стаи Чонгука.

14XX год. Время, когда вампиры и прочие твари бесчинствуют, сея панику и хаос. Граф Накахара был уверен, что кровопийцы ужасны и безобразны в облике своём, пока однажды ночью не повстречал мужчину, появившегося за окном его покоев — неписанной красоты, прекрасного и… бледного, как сама смерть.

Спустя шесть лет после деликатной ссылки в Киото Чуя возвращается в Каякучи-гуми. В это же время всплывает другой клан, кричащий о том, что он принадлежит Чуе. С этого момента Чуя в заднице. Но пока он подписывает договор и притворяется напарником Дазая Осаму вместо погибшего брата-близнеца. Палится он, кстати, сразу же.

Его с юных лет учили, что верность — основа кодекса якудза. Вот только о браке со старым врагом в тех уроках не было ни слова.

Большая часть это омегаверсные истории, т.к. этот сборник изначально создавался для них, но есть истории и без него, их тоже не мало.

Во всей этой внешности Дазая – обманчиво мягкой и в то же время опасной на уровне подсознания – есть кое-что, не дающее покоя. То, что заставляет Чую выпадать из диалогов иногда и таращиться, давиться дымом сигарет от возникающих мыслей и совсем немного – возбуждаться. Руки. Ладони. Пальцы. Эти хреновы переломать-бы-их-все пальцы.

Автомобили нужны не только для поездок.

О розах и бинтах.

Школьная юность литературных гениев.

Дазай наигрался в хорошего детектива. Возвращение блудного сына.

Когда знакомые говорят «вы такая прелестная пара», а после сразу же спрашивают «как вы познакомились?» Чуя врет, что познакомились они с Осаму в баре. Просто их история длинная, полна нюансов и … и не станет же он говорить: — Я подрабатывал курьером, а этот черт взял меня в заложники, дабы я вывез его из города в объезд ментам. В итоге мы колесили по всей Японии. Ибо прежде чем угрожать, нужно, блять, подумать, кому ты угрожаешь.