— И вообще, где Минхо взял повязку на волосы с двумя нашивками? Типа, он сам её сделал? Это так странно, и бантик, и ушки. Ну, я делаю ставку на то, что сам, потому что материал совсем разный. Уши пушистые сильно, а вот бантик... — Ч-что? — переспросил Феликс. — Ты трогал уши и остался жив? — его глаза поползли на лоб. — А что такого? — не понял Хан. — Это слишком дорогой аксессуар? Ну, я его не испортил, просто потрогал и... — Это не аксессуар, Джисон, это настоящие уши, которыми он слышит.

Джисон всегда думал, что Минхо – это вообще другая лига. Минхо талантливый, красивый, успешный и всё-всё-всё на свете. Они просто существуют в разных вселенных, даже когда пересекаются в одной танцевальной студии; с этим ничего не поделаешь. И Джисон сам, если честно, не заметил, как пропал. А когда очнулся, понял, что не хочет выбираться. Ни из влюблённости этой своей ебучей, ни из анорексии. Но из анорексии, конечно, в первую очередь.

Минхо слишком часто ошибается в людях, так часто, что порой «тот самый» все время находится у него под носом; а Джисон слишком серьезный, чтобы просто расслабиться.

Парень наклонился ближе, кончиком своего носа коснулся щеки Джисона и снова усмехнулся. Жаль, что из-за темноты не было видно его улыбки. Не было видно того, кто находился сейчас перед ним. — Пожалуйста, — Джисон перешёл на шёпот, — поцелуй меня. Мне кажется, я скоро сойду с ума, если не почувствую твои губы вновь. Зачем вообще Джисон начал играть в эту игру, если знал, что он заведомо в ней проиграет? Он молился сейчас лишь об одном: чтобы свет никогда не включался.

Разве может что-то случиться, если Хан Джисон зарегистрируется на сайте знакомств? И встретит там того самого идеального мужчину?

— У меня тут ноутбук полетел… вернее не у меня, а у моего друга. Можешь починить? Тут какая-то системная ошибка, я не очень в этом разбираюсь, — Минхо поставил почти что разваленный ноутбук на стол и улыбнулся. Джисон удивлённо моргнул, подошёл ближе к ноутбуку и достал из него молоток. — Системная ошибка, говоришь? — Да.

Джисон почувствовал себя странно, стоило ему услышать стоны за дверью своего соседа. Но более странно он почувствовал себя лишь тогда, когда ему удалось увидеть жилистые руки Минхо через микрощель и услышать собственное имя из его уст. — И долго ты ещё будешь там стоять? — прозвучал голос, как гром среди ясного неба. И Джисон понял, что он попал.

Минхо закрылся в собственном мире, где был только он, его небольшая рок-группа и тексты песен, которые он писал ночами напролёт, выдавая симфонию звуков из гитары. Он старается написать свой первый альбом, но как назло у него пропадает вдохновение. Тогда на помощь приходит он – парень, играющий на пианино, звук которого Ли ненавидел больше всего. — Т-ты поцеловал меня? – удивлённо сипит Минхо. — Да, и сделаю это ещё раз, если не заткнешься. — А что, если я не заткнусь?

Поспорив с Чонином, Джисон вынужден был устроиться в секс-шоп. Проблема заключалась лишь в том, что он понятия не имел, для чего предназначалось большинство интимных игрушек. Однажды хозяин сети магазинов любезно предоставил возможность узнать специфику некоторых из них. На себе. — Ладно, а вот это что за ёлочные игрушки? – спросил Джисон. — Это анальные шарики.

Сынмин сказал, что будет весело пообщаться с аккаунтом, который, как он думал, принадлежит фейку популярного рокера Ли Минхо. Джисон согласился, с головой погружаясь в эту авантюру. Но кто бы мог подумать, что за аккаунтом все это время скрывался настоящий Ли Минхо? — Какого хрена он мне не верит? — вспыхнул Минхо. — Да ладно тебе, не кипятись. Подыграй ему, — предложил Чанбин. — А что? Будет весело. — А это идея, — Минхо облизал губу и улыбнулся. LeeM: Ты меня поймал.

Джисон думал, что нет ничего хуже, чем провести Рождество в компании Минхо. Но, будучи запертым в старом доме из-за снежной бури наедине с ним, Джисон понял — вот оно самое худшее. — Раздевайся, — Минхо начал снимать с себя куртку. — Ч-что? — Раздевайся, говорю. Если хочешь согреться, придётся снять с себя часть одежды, — он снял с себя свитер и принялся расстегивать штаны. — В экстремальных условиях холода, прижимание телами друг к другу может помочь сохранить тепло.

То, что у трезвого на уме, у пьяного на языке. Например, задница лучшего друга.

Минхо сидит в тени раскидистой яблони. Жарко, ужасно жарко для августа. Даже деревенские собаки притихли и не брешут на прохожих. Оторваться от книги заставляет шелест и тихий мат возле забора, после которых чья-то наглая рука тянется за яблоком на самой нижней ветке. Минхо опускает книгу к себе на колени и смотрит на макушку, маячившую над покошенным забором. - Ты ничего не попутал? Щекастый парень от неожиданности уронил яблоко.

— Из людей мне ещё никто не нравился так же сильно, как ты, — признался Минхо. — И, боюсь, будет трудно тебя с кем-то делить. Я бы сказал, невозможно. Невозможно. — Минхо, — протянул Джисон, сходя с ума от каждой полученной информации. — Все ли демоны такие собственники, как ты? — Только я.

Каково любить человека, когда тебе шестнадцать, а ему двадцать четыре?

— Ты свяжешь меня этой лентой, как какой-то новогодний подарок, а затем… вы оставите меня в комнате, подготовленной для Джисона? Но что, если он напьётся и приведёт в комнату девушку? А там я с голой задницей? Или… не знаю… он же уничтожит меня, а не вас. Хотя это определенно ваша идея! — С каких пор ты боишься, что Джисон с тобой что-то сделает? — удивился Чанбин. — Ни с каких. Поэтому я в деле.

История любви, казалось бы, абсолютно разных людей. Начало их роману заложил сын Минхо, который во время дня профессии в школе заявил перед всеми, что когда вырастет, станет таким же крутым мафиози, как и его отец. Минхо, конечно же, вызвали в школу, потому что молодой учитель Хан Джисон твердо решил заставить его заняться воспитанием ребенка и не позволять ему смотреть боевики. Кто же знал, что мальчик знает о мафии не из фильмов.

— В чем я должен признаться? — прошептал Джисон, когда рука Минхо под рубашкой опустилась на его тонкую талию и крепко сжала ее. — В том, что хочешь меня, сладкий, — эти слова обволакивали уши брюнета, словно мед. Он чувствовал давящее ощущение в штанах, которое нарастало от каждого движения Минхо. — Ну так что, согрешим? Реакция Джисона на все его действия была красноречивее слов. Минхо довольно облизнулся и произнес: — Расслабься, дитя мое, теперь ты в руках Господа.

глава крупнейшей компании — Ли Минхо соглашается на сотрудничество с Хан Джисоном; к чему приведет это слияние двух донельзя упертых и самовлюбленных молодых людей?

— Как думаешь, если сперму запить этанолом, то это будет похоже на глицерин? — Какой же ты ебанат натрия, Минхо! — не выдерживает Хан и зарывается пальцами в волосы, откидывая голову назад.